Есть ещё по гидравлике и по металловедению.
– И понял, что там написано? – не поверил толмач.
– Не сразу, конечно. Пришлось другие книги искать, где все названия на простой язык перетолмачили. В общем, долгая это была история.
– М-да, удивил, – почесав в затылке, признался Ахмет-хан. – Это многое объясняет. А станичники-то твои знают?
– Конечно. У меня из-за того и друзей толком в отрочестве не было. Я ж всё больше в кузне, с отцом, да с пластунами, на учёбе. Зато и умею столько, что кого угодно поучить могу.
– Да уж.
– Это у тебя спросить надобно, – тут же поддел его Матвей. – Как там шейх сказал? Не сегодня, так завтра приедут?
– Да. Со дня на день ждёт, – мрачно кивнул Ахмет-хан.
– Я только одного никак в толк не возьму. Зачем сотник в эту свару ввязаться решил? Ну грабят бандиты местных, и чего? Нам-то что до этого? Это ж местные промеж себя режутся.
– Банда силу почуяла, – помолчав, принялся пояснять толмач. – А нам через земли, которые они своими называют, ехать придётся. А тут и дело доброе сделаем, и проводника получим, который до нужного места быстро доведёт. Так что всё одно пришлось бы с бандой сцепиться.
– Они что, самоубийцы? Четыре десятка против сотни? – удивился Матвей.
– Нет, не самоубийцы. Но увидев наш отряд, обязательно бы засаду устроили. Ну, сам посуди. Бандитам и патроны, и оружие, и лошади нужны. А тут всё и сразу в одном месте имеется.
– Почему ты так уверен, что они обязательно бы напали? Уж кем-кем, а дураками местные себя считать повода не давали, – усомнился Матвей.
– Чтобы это понять, надо местных знать, – вздохнул Ахмет-хан. – Тут ведь как. Сказал, что это твоя земля, будь добр доказывать это постоянно. И любого, кто решил по ней проехать, к ногтю прижать, чтобы с него дань взять. Иначе те, кто на земле живёт, сразу скажут, что у них сил нет, а значит, и земля эта не их.
«Постоянное доказательство собственной силы», – перевёл для себя Матвей.
– Но ведь на любую силу всегда иная сила найдётся, – осторожно напомнил он.