Сотня. Забытый поход

Вот вместе мы его и нашли.

– Этого не может быть, – растерянно покрутил араб головой.

– Мою шашку ты видел, – улыбнулся Матвей. – Нож я подарил тебе. А теперь посмотри сюда, – закончил он, вытягивая из ножен кинжал.

– Булат! – негромко охнул шейх, прикипев к клинку взглядом.

– Как думаешь, почтенный, много найдётся людей, имеющих при себе сразу три булатных клинка? – иронично поинтересовался парень, убирая кинжал в ножны.

– Ты можешь научить моего кузнеца? – помолчав, задумчиво спросил шейх.

– Нет. Для булата мало просто кузни и железа. Нужна сталь, нужен хороший горн и нужен каменный уголь. А самое главное, ковать его нужно много дней подряд, не давая остыть. Один человек не управится.

Переводя, Ахмет-хан старательно подбирал слова и брал паузы, явно затрудняясь с переводом технических терминов. Внимательно его выслушав, шейх несколько минут сосредоточенно молчал, после чего удрученно вздохнул:

– Ты прав. Я даже половины сказанного понять не могу. И всё потому, что в наших языках нет нужных слов, чтобы правильно всё рассказать.

Жаль. Мне очень жаль, что секрет булата сумели узнать люди из другой страны, а там, где его придумали и всегда делали, этот секрет забыли. Ладно. Я пригласил вас в гости, чтобы устроить праздник. Так что давайте веселиться, – громко закончил он, хлопая в ладоши.

Слуги быстро выкатили к костру низкий круглый столик и принялись заставлять его всякими тарелками, тарелочками и блюдами. К огромному удивлению парня, вся посуда, кроме чашек, была из серебра.

Чашки были выточены из дерева. Удивлённо покрутив в пальцах что-то вроде пиалы, Матвей осторожно пригубил предложенный напиток и, покатав его во рту, решительно проглотил.

Это был настоящий айран. Не тот, что он пробовал в своём прошлом, купив его в магазине, а настоящий, чуть хмельной напиток из верблюжьего молока. Хотя сам Матвей всегда считал, что айран делается только из кобыльего молока и замены не бывает. Выходит, ошибался.

Впрочем, напиток от этого хуже не стал. Наоборот, стал даже вкуснее. Прихватив с тарелки полоску какого-то мяса, он закинул его в рот и едва не охнул, настолько пряной была вяленина.

Можно сказать, настоящая бастурма в арабском исполнении. Пряная настолько, что слёзы на глаза наворачивались. Быстро запив мясо очередным глотком айрана, парень перевёл дух и с интересом покосился на остальных. Ахмет-хан поедал бастурму с явным удовольствием.