А потом вспомнила, что девственница – это не моё любимое амплуа, и потянула руку к шее мужчины, качнулась вперёд, максимально близко, и так же глубоко, с придыханием:
– Ты мне, для начала, аванс переведи, а потом приказами разбрасывайся, мамкин доминант, – усмехнулась я.
И, хлопнув его по плечу, выпорхнула из сильных рук. Побежала к дому и схватилась за ручку двери. Услышала сердитое:
– Номер счета!
Я обернулась и так паскудненько протянула.
– Ты же у нас умный. Я для тебя – прочитанная книга, так вот и выкручивайся сам.
Глава 7
Часы бьют. По ощущениям – меня, и по голове. Я выругалась и свесила ноги с кровати. На улице – пекло, как в первом кругу ада. Погода решила поднапрячься и намекнуть, что в преисподней нас ждёт курорт с морским бризом, а здесь и сейчас – только хардкор. Собственно, поэтому дышать в мансарде было физически сложно.
Ночь у меня, конечно, получилась прям как в двадцать лет: много знакомств, в том числе и с местной фауной, которая атаковала не только комарами, но и противными мошками, что липли на экран ноута, пока я собирала образы для писателя. Потом пришли локации.
А ещё я себя убеждала, что моё согласие на работу с писателем – это только жажда наживы, не более. Обещала же за дёшево не работать с мужиками? Вот! А этот – за дорого. И вовсе не потому, что он мне интересен. Мне и клубника интересна, но с ней же я не подозреваю противоестественной связи.
"Тетка на кухне шуровала скалкой по тонкому тесту для лапши. Я чмокнула родственницу в щеку, и пошла наливать нам с ней чай. Вытащила вчерашние оладьи. Поставила их в микроволновку. Достала варенье и, зачем-то, колбасу. Это по привычке. Противная хвостатая скотина материализовалась под ногами и мерзко заорала. Клавдия бросила скалку и ринулась к бедному котику, которого не любят, не кормят. Ага, эту харю, при жгучем поносе за неделю не обгадишь.