Шипит, словно змея, взгляд — и в темноте жжется. Давит, как могильная плита, всем биополем.
— Ничем. Ничем! Он предложил мне сделку, и я согласилась, и завтра у меня будут неприятности. Я обещала ему держаться от тебя подальше, а взамен поместье, Большой совет и прощение юным Бересклетам. Давай, ты будешь просто считать меня беспринципной, потому что я такая и есть. Не нужно придумывать мне оправданий.
Ясмин с усилием выскользнула из ловушки его рук и шагнула к дому.
Абаль не обернулся.
— Завтра состоится Большой совет, — тихо сказал он ей в спину и вышел за резные ворота
Дома оказалось светло, тепло и словно бы уютно. Айрис наготовила гору кривых бутербродов и назвала это ужином.
— У нас с тобой несварение будет. Я… — оставлю тебе деньги, хотела сказать Ясмин, но осеклась. Роза — денежная единица Варды, числилась на статусе владельца, но ее невозможно было обналичить. Она кочевала со статуса на статус, а Айрис пока официально не существовало.
— Йогурт малиновый и обычный белковый, творог, соевое молоко и фиалковый пудинг. Не разоришься?
Айрис говорила насмешливо, но в глазах ещё стояла утренняя тревога. От неё делалось приятно где-то в груди.
— Не разорюсь, — скупо улыбнулась Ясмин, хотя ненавидела молочку всем сердцем.
Кто добровольно станет пить молоко и есть кислый йогурт? Пятилетний молочный фанат?
— Он красивый, — без всякого перехода заметила Айрис. — Но сидит высоко, падшему Бересклету не стоит подниматься дважды.
Ясмин, ещё не успевшей убрать улыбку, едва не перекосило. Почему Айрис настолько бессердечна?
Хотелось запихать ей в рот новый бутерброд. Или хоть скотчем его заклеить.
— Ты пойми, я не из вредности, но за тобой стоит ответственность за других Бересклетов, которых возьмут из Чернотайи. Я готова доверится тебе, но не мастеру Тихой волны. Ты хоть задумывалась, кто он такой?"
"Айрис заметалась по кухне.
Конечно, Ясмин не задумывалась, кто такой Абаль. Сначала он был просто Слугой, после — почти сразу — убийцей, чьего удара она подспудно ждала. А затем он стал ее другом. Любимым. Хлебом, солью, вином.
Он даже сыном Примула не успел для неё стать, потому что сразу же стал братом.