Отменив занятия по фитнесу и визит к маникюрше, часам к десяти вечера Крапивина подготовила два предложения: первое, явно не конкурентоспособное, от компании «Крэтапром», второе — от иностранной компании, название которой Кузнецов хорошо знал. Разница в ценах была не столь ощутима, но здесь были другие нюансы: отсутствие предоплаты, отсрочка платежа, то есть фактически предложения по кредитованию комбината, которые и рассматривались в первую очередь.
Отослав их по факсу, утром она связалась с Кузнецовым:
— Николай Иванович, здравствуйте! Мы не опоздали? Очень сложно вписаться в ваши условия… Кстати, мы предложили поучаствовать в тендере нашим партнерам с Кипра.
— Минуточку… Да, есть и ваше предложение, и предложение ваших друзей… Посмотрим, Тамара Аркадьевна, что вам удалось сделать на этот раз, посмотрим, — добродушно засмеялся он.
— Спасибо, неплохо. Правда, большей частью на работе.
— А вот это зря. Надо куда-то выезжать. В Москву, например."
"— Как раз собираюсь… — не сразу уловила она подтекст. — Как там погода?
— Разная, но в целом — нормальная осенняя погода: то дожди, то солнышко. Я дам вам знать, когда потеплеет. До свидания.
— До свидания.
«Михаил Иванович желает встретиться, — поняла она и облегченно вздохнула: дав ей в помощь своих людей и познакомив с ключевыми фигурами дела (станция и заводы, где заказывалось оборудование), сам Семенович с Тамарой больше не виделся.
Как человек ответственный, с каждым днем она все больше переживала, что переоценила свои силы, когда согласилась на предложение Михаила Ивановича: кроме организационных забот с бесконечными командировками, пик которых пришелся на начало лета, надо было постоянно контролировать графики производства работ, следить за сроками изготовления более мелких узлов и деталей, заказы на которые разошлись по всему СНГ.