Я проверил визированием, нитку натянул в комнате от пробоины в стекле до места в стене, где застряла пуля. Продолжение оси как раз указало на это место. Ружье, как видите, модели «ИЖ-17» шестнадцатого калибра. В стволе нагар, свежий запах жженого пороха из дула. Стреляли однозначно совсем недавно. Номера все спилены. Пробить по регистрации ружьишко не получится.
— А восстановить цифры? — спросил я, вспомнив, как в прошлой жизни эксперты шлифовали до зеркального блеска места с удаленной маркировкой и обрабатывали кислотой.
Агрессивный реактив разъедал в первую очередь места, где ранее были выбиты штрихи знаков (структура металла там был немного нарушена, ведь он уже перенес штамповку), в результате чего вырисовывался номерной знак агрегата (оружия или, например, автомобиля, смотря что исследовали). — Травление применить или какие там у вас методы?
— Это, конечно, попробуем, но слой металла удален глубокий, хорошо почистили. Вряд ли получится, — покачал головой криминалист.
— А эти следы обуви, — я кивнул на вдавленные отпечатки подошв, напоминавшие следы грубых кирзачей с гладкой подметкой, что сгрудились под сосной как раз возле брошенного ружья.
— Их в протоколе зафиксировали, я отснял на камеру. Гипсовый слепок смысла нет делать. Индивидуальные признаки не отобразились совсем. Только размеры, которые мы и так записали и на зарисовке обозначили. Размер обуви, навскидку, соответствует сорок третьему.
— Ясно, — я повернулся к Вахрамееву. — Что жильцы говорят?
— Как всегда, — пожал тот плечами.
— Пальчики с него изъяли? — снова спросил я криминалиста.
— Здесь возиться смысла не вижу, — ответил тот, аккуратно упаковывая ствол, чтобы не повредить отпечатки, в длинную коробку, которую неизвестно где раздобыл (упаковочный материал на месте происшествия для нестандартных объектов был большой проблемой во все времена). — В лаборатории посмотрим досконально.
— Правильно, — кивнул я и направился в сторону общаги.
Хотел самолично пообщаться с жильцами, которые всё равно не спали. Заодно осмотрю комнату Берга.
Глава 21
— Квартира маленькая, но уютная, — энергичная тетя с лицом проныры нахваливала мрачную однушку, в которой пахло кошками и старушечьим пледом. — А вы для себя присматриваете? — она уставилась на меня пытливыми глазками.