— Вы же говорили, что он ушел стремительно?
— Я просто сейчас вспомнила. Да, точно... Он схватил ее и скрылся.
— А как он ее так быстро нашел на столике? — не унимался Горохов. — Было же темно…
— Я не знаю. Говорю же. Он будто демон был.
Взгляд Горохова потвердел ещё больше, если только это было возможно.
— Не верю я в байки про демонов и всякую нечисть. Придется все-таки, гражданка Луцкая, вам здесь задержаться надолго.
— Нет… Меня нельзя в камеру. Я не выдержу!
— Где подвеска? — ледяным голосом проговорил следователь.
— Это я ее взяла.
— А как же демон? Выдумали?
— Клянусь, это правда. Он ушел, а я, пока одевалась, вроде бы в себя пришла. Схватила украшение со столика и решила бежать. Чтобы на меня не подумали, сняла путы с рук Артура. Он весь в крови лежал. Застыл, но был еще теплый. Меня чуть не вырвало.
— Зачем взяли подвеску?
— Вам не понять, — повторяла Луцкая.
— Ну?
— Надоела такая жизнь… Думала сначала все начать.
— А почему сразу не рассказала все?
— Потому что вы же меня сейчас за кражу посадите… Да и за подвеску эту, чувствую, еще аукнется мне.
Она сжала губы, как будто мечтала вернуть все сказанное обратно.
— В общем, так… — Горохов поднялся со стула и стал задумчиво мерить кабинет шагами. — Сделаете как я скажу, и обойдемся без кражи.
Глава 4
— Сейчас проедем к вам домой, вы отдадите подвеску, а мы оформим ее как добровольную выдачу. Заявления о краже нет, соответственно, и дела возбуждать не будем.
— А что взамен? — насторожилась путана.
Она давно уже поняла, что в этой жизни ничего просто так не делается, и теперь смотрела на нас колким волчьим взглядом.
— Будете оказывать нам содействие в расследовании убийства, — хитро улыбнулся следователь.
— Я?
— Ваш профессиональный круг общения, возможно, будет для нас полезен. Посплетничайте с «напарницами», может, кто-то слышал про Артурчика что-нибудь интересное. Про его делишки, чем жил, чем дышал. Про врагов и недоброжелателей. Я так понимаю, он часто пользовался услугами таких как вы.
Луцкая хмыкнула — хотела, наверное, незаметно, но вышло громко, разве что не нарочито.
— Поклонниц у него много было, это правда, — кивнула Алевтина. — Только Артур боялся с ними дело иметь. Им любовь подавай до гроба. Если что не так, то ославить его могут на всю Москву. А если слухи до Галины дойдут, то она его вмиг уничтожит.