Находившаяся в беседке девушка вскрикнула, и я ускорила шаг.
– Прошу вас, сударь, я не имею права вас даже слушать. Я уже сказала вам, что мои чувства принадлежат другому, и я не могу ответить на ваши. Я признательна вам за ту честь, что вы оказали мне своим предложением, но…
Мужчина не дал ей договорить:"
"– Кто он, мой соперник? Поверьте, ни с кем вы не будете столь счастливы, как со мной.
Процессия дам и кавалеров вот-вот уже должна была вывернуть из-за поворота, и медлить дальше было нельзя. Я кашлянула, обозначая свое присутствие, и девушка вскрикнула еще раз.
Я наплевала на церемонии и юркнула в беседку. Там царил полумрак, и я не сразу разглядела тех двоих, кого я так смутила. Эдит Лурье узнала меня первой.
– О, ваша светлость! – простонала она. – Прошу вас, не подумайте, что…
А вот ее собеседник был не напуган, а удивлен. Конечно, он ожидал, что их застанут здесь совсем другие люди. Он был довольно молод и, кажется, красив – даже я вполне поверила бы, что такой мог вскружить голову наивной девушке настолько, что она уступила бы его настойчивости.
– Герцог Тома к вашим услугам, сударыня! – отрапортовал он. – И мы с мадемуазель будем весьма признательны, если вы позволите нам остаться наедине.
– О, нет, нет! – воскликнула девушка. – Поверьте, я не желаю этого, ваша светлость!
Она вцепилась мне в руку, словно боялась, что я послушаюсь герцога и уйду.
Она не была в числе первых красавиц двора, хотя я не раз слышала отзывы о ее уме и доброте – но вряд ли у прибывшего из Камрии герцога было время, чтобы оценить именно эти ее качества.
– Боюсь, ваша светлость, вам не позволят остаться в уединении, – усмехнулась я, обращаясь к герцогу. – Впрочем, я думаю, вам и без меня это прекрасно известно. Целая группа придворных будут здесь через несколько минут. И я не уверена, что их интересуют лебеди в пруду.
Девушка охнула и без сил опустилась на лавку. Но у меня не было сейчас времени ее утешать. Мне уже видны были неторопливо идущие к пруду дамы и кавалеры, а беседка стояла на самом берегу, и вокруг не было ни кустов, ни деревьев, и выскользнуть из нее, не будучи замеченным, уже не представлялось возможным.
– Послушайте, ваша светлость! Не знаю, какую цель вы преследовали, обманом вызывая сюда мадемуазель Лурье, но как бы там ни было, если ее застанут в вашем обществе, ее репутация будет погублена. Я надеюсь, у вас достанет благородства, чтобы хотя бы попытаться спасти ее честь.