Недомерок. Книга 1 (СИ)

— Про то, что вы об этом не задумывались, вы лукавите. Но мне интересно, почему до сих пор не ответили ей взаимностью? Мы ведь можем с вами быть откровенными в этом вопросе?

— Можем. Только взаимностью отвечают на чувства, если вы об этом, а у нас никаких чувств нет.

— Только не говорите, что вы не замечаете, как она на вас смотрит и того внимания, которое она вам уделяет.

— Замечаю. Вот только девушки часто путают симпатию с любовью, особенно в столь юном возрасте. Они часто выдумывают себе то, чего нет, но как только на горизонте появится тот самый единственный, вся их симпатия моментально проходит.

Поэтому нет смысла на неё отвечать, однако и прогонять я её тоже не стану.

— А если это не симпатия? Или симпатия перерастёт во что-то большее?

— Тогда мне будет всё равно, что вы об этом думаете. Мы ведь откровенно разговариваем?

— Да, откровенно. Благодарю вас за честность. Что ж я, пожалуй, пойду. Ещё раз спасибо за жизнь дочери и за двух языков. Кстати, как вы догадались, что у него зуб с ядом и, как определили какой?

— Он периодически примерялся к нему, чтобы раздавить, неестественно сдвигая челюсть, но, услышав мои разговоры, принял меня за дилетанта.

А когда пришли вы, он все-таки попытался это сделать, но я успел перехватить его.

— Рад был встретиться с вами, и спасибо за откровенность. Все наши договоренности в силе, и я полностью выполню взятые на себя обязательства. До встречи Мирон Викторович, — он поднялся и протянул мне руку.

— До встречи, Артур Фёдорович, — ответил я рукопожатием, и мои гости, забрав двух пленников, вышли из моего дома.

Российская империя. Город Тюмень.

Надев на пленника артефакт полога тишины, охрана Артура Фёдоровича закинула его в багажник. Сам же граф вместе со своей правой рукой сел на заднее сиденье.

— Что скажешь? — поинтересовался отец Алины.

— Очень неординарная личность. Если бы я не знал его подноготную, ты решил бы, что он прожил очень долгую жизнь. Его опыт чувствуется в каждом движении и в каждом слове.

Он определённо не тот за которого себя выдает. Слишком властный и слишком уверен в своих силах.

— Попаданец?

— Сильно в этом сомневаюсь. Имперская безопасность его проверила вдоль и поперёк. Я перехватил его последнюю проверку. В этот раз они полностью уверены, что он не Попаданец. Арсен Владикович лично ходатайствовал с объяснением причины. Оказывается, Мирона Викторовича заприметил один из забытых богов и поставил ему сильнейший ментальный блок.