Зафиксировав меня рукой под грудью и подушечками лаская соски, Юдин на вторую руку наматывает мои волосы, заставляя выгнуться еще больше. Толстый член давит на стеночки, распирает, жмет на чувствительную точку в глубине.
— А сейчас мы поговорим. Как ты и хотела.
Еще один долгий медленный толчок, Миша примеривается.
Я растянута до предела. В такой позе я для него абсолютно открыта.
И совершенно ничего не контролирую.
Надеюсь, он будет нежен…
Легкий шлепок по пятой точке, заставляет меня зашипеть.
Это занимает меня больше, чем охреневшесть Юдина. Все чувства обострены.
— Чего молчим, Марин? — снова насаживая меня, уточняет он.
Как он еще может разговаривать?
Если я сейчас отрою рот, то смогу только стонать, потому что, слегка покачав в моей киске своим поршнем, Миша начинает меня жарить на полную. Звуки шлепков его бедер по моим ягодицам разносятся по комнате. Пальцами впиваюсь в подоконник, уже не обращая внимания, что он давит мне на живот.
— Ну хорошо, продолжим беседу чуть позже, — сжаливается надо мной Юдин, наращивая темп.
Я всегда хотела попробовать жесткий секс.
Не всякий там непонятный БДСМ, а именно обычный жесткий секс.
Почувствовать самца в нашем обабившемся мире.
Твою мать, я выбрала лучшего учителя.
Ох…
Миша двигается во мне, не выскальзывая, заставляя покрываться мурашками, кусать губы, еле слышно всхлипывать. Я почти на весу, нанизанная на его орган, полностью выгнувшаяся, подставившая его рукам ноющую грудь… В киску таранит член, его губы жгут мне шею, я вся сжимаюсь вокруг его стержня.
— Ах ты развратная бесстыдница, тебе нравится… — слышу я довольный голос Михаила и позорное хлюпанье моей киски.
Блядь, да. Нравится. Еще как. Только хрен я тебе признаюсь.
О… Я дрожу. Я словно сгусток желания.
Чувствую себя почти игрушечной в его лапищах.
Миша тянет еще немного за волосы и, обхватив покрепче рукой, укладывает меня спиной к себе на грудь.
— Дрянная, дрянная девчонка… Созданная для меня, — Юдин жестко вгоняет в меня член, раз за разом вырывая у меня сдавленные хрипы.
Он еще несет какие-то развратные словечки, и я вспыхиваю, потому что это правда. Я его хочу. Каждый раз как вижу.
С самого начала, с самой первой встречи было ясно, что мы переспим, что бы мы там ни говорили. Он действует на мою животную суть как афродизиак.
Я уже не разбираю, что еще он говорит.