Завтра я вновь приду. И пожалуйста, наденьте бельё — завтра я буду работать с точками на ваших бёдрах.
«Этого ещё не хватало!» — подумал Берт, выгибаясь от боли. Ничего же не делает, легко давит на кожу, а кажется, будто ломает ему позвоночник.
Но почему-то именно в этот момент Арманиус вдруг ощутил свой магический контур. На секунду, но ощутил. И ужаснулся.
Лучше ощущать пустоту, чем вот это… И Валлиус считает, что его можно вылечить?
Нет, это нереально!
Прохладные пальцы коснулись груди, запахивая халат.
И Арманиус неожиданно вспомнил его высочество Арчибальда. Глава охранителей и правая рука императора три года назад потерял дар во время борьбы с одним из ужаснейших порождений Геенны. Берта тогда не было в столице, и по возвращении, когда оказалось, что Арчибальд выздоровел, он решил, что эти слухи были преувеличением.
Видимо, пора узнать, что на самом деле тогда случилось.
* * *Сегодня Арманиус был более покладист, чем накануне, хотя ему всё равно далеко до идеального пациента. И я даже не надеялась, что наш с архимагом Валлиусом «маскарад» продлится долгое время. Нет, совсем скоро ректор догадается, что я не могу быть просто медсестрой.
Ну и ладно. В конце концов, в моей биографии нет ничего стыдного. Наоборот — мне есть чем гордиться.
И теперь, после того как Арманиус на секунду ощутил свой магический контур, я по-настоящему поверила в то, что всё получится. Не может не получиться.
Наконец-то я отдам ему долг. Арманиус спас меня тогда, восемнадцать лет назад, а сейчас я помогу ему вновь стать магом. Дар — это, конечно, не совсем то же, что жизнь, но магу без него любая жизнь не мила.
У принца Арчибальда всё было гораздо печальнее, как я до сих пор помнила. Впрочем, его высочество вообще был самым сложным моим пациентом… И самым лучшим.
В тот год я закончила университет и поступила в аспирантуру по специальности «магическая медицина». Моим руководителем, конечно, был Валлиус, он же одобрил тему научной работы. Необратимые разрушения энергетического контура у магов. Некоторые преподаватели закатывали глаза и говорили, что мы с ним сошли с ума, на что наставник отвечал:
— Никого не слушай, Энни. Просто работай над тем, что тебя интересует.
Так я и делала.