— Я пару раз был, но не больше. Когда Арена только-только короновали, и он очень просил прийти. Ему тогда было не по себе.
— Императору? — удивилась Эн. — Не по себе? Он…
— Производит впечатление каменного? И тем не менее, он живой. Практически вся аристократия — процентов девяносто — была крайне недовольна результатами коронации, и у Арена в начале правления было очень много проблем.
— Они до сих пор есть, как я понимаю, — пробормотала Эн. — Возможно, даже больше, чем тогда. Просто раньше их демонстрировали, а сейчас все молчат, зато… строят заговоры.
— Верно, Эн, — кивнул Берт, про себя подумав: и главная опасность — в том, что на пути к убиранию неугодного императора вполне могут убрать кого-то ещё. Во имя высшей цели. Так, как убрали Эн, так, как собирались убрать Арманиуса.
Интересно, Дайд в курсе, где и как хотят убрать Арена?
Их с Эн высадили возле главного парадного входа в императорский дворец. Широкая лестница из белого мрамора вела к дверям, которые сейчас оказались распахнуты, и возле них стояли двое стражников в мундирах.
— Поднимайтесь, пожалуйста, на второй этаж.
Наверх вела лестница с высокими ступеньками, устланная бело-золотым ковром, и Эн, косясь на него, немного нервно сказала:
— Ходить страшно по такому. Кажется, пройдёшь — а за тобой следы…
— Он зачарован, не волнуйся.
— А-а-а, всё продумано…
Берт улыбнулся, глядя на Эн, и чуть не полетел носом вперёд.
— Осторожнее! — воскликнула она, хватая его под руку, и Арманиус засмеялся.
— Прости. На тебя засмотрелся. Тебе очень идёт это платье.
Эн действительно была в своём кружевном чуде изумрудного цвета ужасно хорошенькой — просто маленькая куколка. И спина… Так хотелось дотронуться до нежной сливочной кожи…
Берт чуть не споткнулся во второй раз, подумав об этом.
— Арх… Бертран! Ну осторожнее! — сказала Эн, тем не менее улыбаясь.
— Страдать, наверное, — предположил Берт, вызвав у Эн радостный, но немного неловкий смех.
* * *Защитница, как мне выдержать сегодняшний вечер?
Арманиус… Это всё было похоже на сказку, когда прекрасный принц приехал за своей Замарашкой, чтобы отвезти её на бал. А принц и правда прекрасный — в тёмно-синем костюме с серебряными пуговицами и серебряными же узорами на манжетах.