— Ах ты, маленькая ведьма! Даже такую малость ты ставишь мне в укор!
— Разве это малость? Ты захватил мой замок, покорил своим обращением моих слуг и вилланов, и они забыли, что я их госпожа. Ты привел чужого мальчишку и назначил его оруженосцем. Даже мой Леймон ходит за приказами не ко мне, а к тебе!
Раймонд вскинулся:
— Неужто ты хотела тащить всю эту ношу сама?
— Зачем ты во все лезешь? Другие мужчины спокойно живут себе припеваючи и не мешают женам распоряжаться землями и хозяйством!
— Но ведь сейчас зима.
— Конечно! Зачем ты всюду суешь свой нос? Веди себя нормально, как и положено мужчине!
Он схватил ее за плечи, приподнял так, что ей пришлось встать на цыпочки:
— Если бы я вел себя, как нормальные мужчины, ты бы уже перешивалаталию на платье! Ты стонала бы от страсти. Ты и так стонешь, но только во сне — потому что я тебе снюсь.
— Какая наглость! С чего ты взял, что ты мне снишься?
Он улыбнулся, ослепительно блеснув зубами:
— Разве я ошибаюсь?
— Нет, мне снится совсем другое…
Джулиана замолчала, вконец запутавшись.
Он придвинулся ближе:
— Так снюсь я тебе или нет?
От него пахло яблоками и вином с пряностями, его изумрудные глаза смотрели ей прямо в душу, а от тела Раймонда исходил жар, опалявший все ее существо.
— Раймонд, — едва слышно прошептала она, но он услышал, наклонился и легко подхватил ее на руки.
Джулиана увидела потолок, потом все закачалось, и она с размаху упала на пуховую перину. Оглушительно хлопнула новая дверь в перегородке, заменившей былую ширму. Джулиана приподнялась на локтях и увидела, что Раймонд снимает плащ, кафтан и тунику. Потом он спустил штаны, и Джулиана поняла, что миг настал.
Сейчас, оказавшись наедине с Раймондом, она и не думала о сопротивлении. Забыла и о землях, и о тайнах, и об оборотне. Она вообще обо всем на свете забыла. В ней остался лишь слепой, неистовый инстинкт.
Не теряя времени даром, Раймонд вошел в нее, и от его зычного стона затрепетали дощатые стены. Джулиана вскрикнула от облегчения. Как давно ждала она этого момента! Они жадно двигались навстречу друг другу, его ладони крепко сжимали ее бедра.