Наконец, за незнакомцем закрылась дверь, и Ирма, швырнув карточку в корзину, бросилась в комнату Леонардо. Она как никогда заботлива и внимательна: стала поправлять сползшее на пол одеяло, нежно спросила мужа не голоден ли. Леонардо насторожился: теперь это так непохоже на его жену. А Ирма, как ни в чем не бывало, с расспросами: кто этот сеньор, давно ли они знакомы, приедет ли снова навестить Леонардо, что ему вообще тут понадобилось, ведь, наверное, не одно желание проведать друга юности?..
– Да, конечно, Ирма, не одно это.
– Спасибо, что хоть ты благодарен. Спасибо, что понимаешь сколько пролила слез, а какой жертвой с моей стороны были все эти годы, – притворно всхлипнула Ирма.
– Да, да. Я все понимаю. Потому и не обижаюсь никогда на тебя. Это от отчаяния ты бывала порою жестока со мной. Но в глубине души ты добрая, Ирма.
Леонардо помолчал немного, нерешительно добавил:
– У меня к тебе последняя просьба, Ирма. Как бы ни сложилась жизнь, пожалуйста, не оставляй мою дочь, помогай ей.
Молча Ирма кивнула головой, выдавив из себя:
– Ладно, обещаю.
– Спасибо… Теперь я могу спокойно покинуть этот мир, не боясь, что моя девочка будет мучиться и проклинать меня.
Жена снова мрачно кивнула.
– Уделяй ей побольше внимания. Она должна чувствовать себя человеком, следить за своей внешностью. Ведь она прехорошенькая. Не так ли? Ее только немножко приодеть, она ведь почти невеста. У тебя это не отнимет много времени, уверен.
– Сейчас это невозможно, Леонардо. У меня полно забот, – ранчо, твое здоровье. Кроме того, у нас совсем нет денег, а за все ведь надо платить.