Жаль, так редко удается домашнее поесть.
Хватаю, на всякий случай и пирожок, пока вредный шеф еще чего не придумал. А его мама расцвела, заулыбалась."
"Хорошо посидели, душевно, прям не хотелось из-за стола выходить, но шеф, когда пришло время, с бурчанием, все-таки утащил меня на работу. Освободились только поздно вечером, перезнакомилась с кучей новых людей, а потом босс захотел прогуляться. Вышли на набережную, любуюсь морем. Неспешно бредем, болтаем ни о чем, шеф взял меня по руку и то и дело отвлекается, чтобы с кем-то поздороваться.
– Воу-воу, братюня приехал! Здарова, академик! О-о, гля с кралей какой, ну и ноги!
То что говорят эти двое я почти не поняла.
– Сколько у тебя тут друзей, – замечаю я вслух. – Таких… хм. Криминальных?
– Это маленький город, здесь почти все такие. Здесь так модно, – хмыкнув, ответил шеф.
– Значит, ты по местной версии совершенно не модный. Выглядишь прилично, разговариваешь нормально.
Оказалась еще больше сбита с толку. Судя по тому окружению, что было у начальника в юные годы, он должен быть быдловатым гопником, работягой с огрубевшими от работы на ферме руками.
Поздно вечером вернулись в дом родителей Цербера. Они не спят, видно, что с нетерпением ждали возвращения сына, усадили ужин за богатый стол. Разговоры полились рекой, и постепенно мне начало казаться, что это я тут местная и своя, прослушав с сотню историй от родителей шефа и приглашенных к столу работяг.
Потом уже, когда больше не осталось сил есть вкусности, мама босса Таисия Вячеславовна, утащила меня на экскурсию по дому. Хозяйство я ведь уже видела, а дом почти не осмотрела. Женщина ведет меня по дому, без остановки болтая. Сетует, что очень хочет уже внуков нянчить, а сынок все не соберется деться обзавестись, только о карьере думает.
С огромным любопытством рассматриваю семейные фото на стенах.