– Таисия Вячеславовна, я заметила, что на фото только подростковые фото моего шефа. А детские есть? Любопытно взглянуть, каким он был совсем мальчишкой. Вообще какой он был? Веселый? Серьезный? Шалопай или паинька?
Женщина от моих вопросов как-то сникла и словно посерела.
– У меня есть немного фотографий. Идем, покажу. Ты, видимо, не знаешь, Лизонька?
– М-м, о чем?
Женщина завела меня в комнату, по виду что-то между кабинетом и библиотекой, и усадила на диванчик. Взяла с полки фотоальбом и положила мне на колени.
– Смотри. Мы, в принципе, из этого тайну не делаем, да и ты, я вижу, хорошая девушка.
Открываю фотоальбом. На первом фото шеф. Еще мальчик, но сразу узнала. Лет пять на вид. Широко искренне улыбается держит за руки незнакомую мне женщину и мужчину. Пара одета очень хорошо и элегантно, стоят на фоне какого-то особняка.
Таисия присаживается рядом со мной. Украдкой утирает выступившие на глаза слезы.
– Это Даня. Ему здесь почти шесть, кажется. Он тут со своими родителями.
Застыла. Меня как молнией поразило. Тоненький фотоальбом чуть не выпал из рук.
– В каком смысле родители? А вы тогда кто?
– Приемные. Настоящие родители Дани погибли, когда ему было десять.
Сижу и просто не могу поверить. Оглушенная, листаю фотоальбом, фотографий действительно очень мало.
– А… что кокретно случилось с родителями Даниила? – спрашиваю севшим голосом.
– По официальной версии – пожар в доме, – горестно вздохнув, отвечает Таисия. – Даня тогда был в лагере.
– А что значит ""официальная версия""?
– Много версий ходит. Мама Даниила была врачом, хорошим, известным в нашей области, а отец политиком. Поговаривают, ято он то ли кому-то дорогу перешел, то ли не поделил, но многие думают, что пожар в доме был не случаен. Это подтверждается тем, что после пожара бесследно исчезли все деньги со счетов семьи, с имуществом тоже были какие-то проблемы. Ничего не нашли, а дело быстро замяли. Даню могли бы забрать родственники, но никто не решился.
– И тогда вы его забрали?"
"– Не сразу. Мы в то время о нем и не знали. У нас с мужем своих детей завести нк получилось, жили так. Были мысли взять ребенка, но у нас уже тогда был возраст солидный, сомневались. Но волонтерствовали, помогали материально детским домам. И позже, когда Дане уже было тринадцать, на нас вышли, как мы с мужем думаем, друзья его семьи. Взрослых ребят берут неохотно, а нас прямо уговаривали, упрашивали.