А я вдруг поняла, что это значило. Этерон боялся стать плохим правителем.
Улыбка сползла с лица принца. Нахмурившись, он поднялся с трона, шагнул к изможденным людям, но те его словно не заметили. Тогда Этерон обернулся, увидев то, что я и остальные зрители разглядели сразу – на троне осталась его копия.
Призрачный император выглядел до неприличия откормленным и нахальным. Он презрительно замахнулся на всех страждущих и словно в насмешку достал откуда-то огромный жирный окорок
Кажется, в этот момент Этерон испугался гораздо сильнее, чем прежде.
А лже-Этерон усмехнулся шире, посмотрев на Этерона настоящего.
Принц снова взмахнул мечом, и еще раз, и еще, но это было бесполезно.
Да и как сражаться с самим собой?
Осознав тщетность попыток, Этерон уронил меч. Отступил на пару шагов, покачав головой и словно что-то обдумывая.
Затем закрыл глаза, стиснул кулаки, да так и стоял посреди тронного зала.
– Ты – не я! – наконец прокричал Этерон, открыв глаза. – Я бы такого не допустил.
Его копия нелепо замахала толстыми руками и исчезла, а когда принц опустился на трон, одна за другой стали таять и прочие иллюзии, пока стадион не вернул свой обычный вид.
Зрители зашумели, принявшись кричать и хлопать, а Этерон вскинул руки в победном жесте.
Испытание завершилось.
По крайней мере, так подумала я и остальные, но у Гэбельса были свои планы.
Вот защитный купол сняли, и Этерон развернулся в нашу сторону, явно собираясь покинуть поле. А потом…"
"Я оставалась на месте, но точная копия меня сорвалась к принцу, ступив на арену. Адриан Уайетт попытался ухватить ее за руку, но не успел, а вот глаза Этерона расширились от страха.
Девичья фигурка успела преодолеть половину расстояния, а после вокруг нее закружил рой золотых искр.
– Никто не смеет мешать воле богов, – раздался словно отовсюду голос Гэбельса, похожий на вой ветра.
Секунда – и моя точная копия уже лежит на земле ничком, а под ней расползается лужа крови.
Без защитного купола все это выглядело так реально, что даже я ахнула, не говоря уже об остальных – все зрители замерли на своих местах и над стадионом воцарилась мрачная тишина.
– Нет! – рев Этерона вспорол эту тишину, как нож масло.
Впрочем, ревел сейчас скорее не человек, а дракон.