Я громко сглотнула, пытаясь отвести взгляд.
Принц несколько мгновений молча следил за мной с таким видом, будто решал важную дилемму, затем взгляд его изменился. Шагнув ко мне, застывшей на кровати, он вдруг с необычайной нежностью скользнул пальцами по моему лицу и с сожалением произнес:
— Я все время забываю, что ты другая. Не такая, как мы.
— Это плохо? — спросила я севшим голосом.
Он слегка скривился, точно съел что-то кислое.
— Я не привык сдерживать себя с женщинами. У нас если девушка приходит к мужчине, значит, она готова на все.
— Не знаю… всего, наверное… я не знаю, что на меня нашло.
— Я дам тебе время подумать. Знаю, что у эльфов все решает мужчина, но у нас женщина выбирает с кем, когда и как. Я мог бы все сделать и без твоего согласия, но не хочу начинать нашу семейную жизнь с насилия и принуждения. Прости, если был настойчив, — и он коснулся легким поцелуем моей макушки.
Ну, вот как его понять?! У меня уже голова кругом!
Я молча следила, как он одевался, совершенно не стесняясь ни моего присутствия, не своего обнаженного тела. Похоже, что ему не привыкать ходить с голым задом перед женщиной. От этой мысли в груди неприятно кольнуло.
Ревность? Я представила, что Айренир только что вылез из чужой постели и это не я, а другая смотрит, как он с ленивой грацией облачается в брюки и камзол, поправляет кружевные манжеты батистовой рубашки… Сразу же захотелось вцепиться зубами в его лицо, ударить, причинить боль… Да что это со мной?! Я сжала кулаки так, что ногти впились в ладони.
— Айренир, — негромко позвала я."
"Он тут же обернулся и посмотрел на меня.
— Тут такое дело, — я замялась, — мне одеть нечего…
— Я прикажу отправить к тебе служанок. В крепости нет гардероба для случайных гостей, разве что военная форма. Но у горничных имеется артефакт для восстановления испорченных вещей, так что не переживай.
Он ушел, а я побрела в ванную, обдумывая его слова.