Он злится на своего отца, это я точно знала, но вот на что надеется? Неужели рассчитывает, что Даггерт сейчас рассмеется и скажет, что все это шутка?!"
"— А ты думал, что я сделал твою жену кронпринцессой за красивые глаза? Ее приданое — это огромные территории, которые так никто и не смог присвоить. Теперь они станут наши.
Айренир внезапно успокоился, как человек, принявший окончательное решение.
— Отец, отдай мне ключ от браслетов, — произнес он холодным тоном.
Теперь я не ощущала ни досады, ни гнева, наоборот, абсолютное ледяное спокойствие и сосредоточенность.
— Чтобы ты опять совершил ошибку?
— Ошибку совершаешь ты, а я хочу ее исправить. Эльсамин не заслужила такого обращения.
При звуке моего имени всколыхнулась волна тепла, но какая-то странная, с примесью горечи.
— Глупый мальчишка! Ее невинные глазки заслонили тебе разум! Разве ты не понимаешь, какая в ней сила? Да она могла бы раздавить тебя как букашку, если б захотела.
— Вот именно: если б. Но она этого не сделала. И не сделает, отец. Я знаю, тебе не понять, но я чувствую каждую ее эмоцию и точно знаю, что в ней нет зла. И она никогда не причинит мне вреда, точно так же, как и я ей.
— На что это ты намекаешь?..
Айренир несколько мгновений молчал, а потом с затаенной болью произнес:
— Она моя эллевиан, хочешь ты этого или нет. Так что отдай ключ.
И раздражённый голос Даггерта в ответ:
— Сын, держи свои чувства в узде.
— Нет, отец, это ты меня разочаровываешь, — теперь в голосе кронпринца сквозила только печаль. — Завтра мы с Эльсамин отбываем в столицу.
— Ты мне угрожаешь, щенок! — в голосе короля послышалось яростное шипение, но принц все так же спокойно ответил:
— Нет, отец, просто констатирую факт.
Похоже, что самое интересное я уже услышала. Сейчас я увижу, как открывается дверь в конце коридора.