Право цароса держать нас в поклоне столько, сколько ему заблагорассудится. Яркий способ продемонстрировать отношение. Правда, царосу тоже приходится стоять… Мили не могла похвастаться крепким телом, и у меня от мышечного напряжения предательски задрожали колени.
— Барон.
Голос цароса прозвучал мягким мурчанием хищника, подбирающегося к добыче. Меня мороз по коже продрал.
Мы с отцом медленно выпрямились. Перед царосом я неожиданно почувствовала себя ближе к папаше. Каким бы ужасным отцом барон ни был, у нас одна фамилия, и сейчас мы вместе, потому что на меня царос смотрел не менее враждебно.
— Доброго дня, Ваше Царосское Величество, — поприветствовал его барон.
Мне полагалось молчать и разглядывать королевские ботинки — не по статусу юной леди смотреть в королевское лицо, пока царос ко мне напрямую не обратится.
Я честно довольствовалась видом круглых мысков, украшенных золотой квадратной пряжкой, сочных шоколадных брючин. Выше колен цароса я взгляд не поднимала, зато прекрасно видела ноги придворных из свиты цароса.
— Барон, как и подобает нашему верноподданному, вы приняли мой указ о браке для вашей дочери.
Отец снова поклонился, и я повторила реверанс.
— Ваше Царосское Величество, я благодарю за оказанную милость и высочайшее участие в судьбе моей дочери.
— Я слышал, ваша дочь не получила воспитания леди.
Ничерта не понимаю. Зачем позорить меня перед зрителями? Может, царос передумал? А почему?
— Ваше Царосское Величество, Мили очень тяжело переживала ранний уход родной матери, она не смогла продолжать обучение.
"— Хм… Я рад, что ваша дочь вновь благополучна. Я вижу вашу заботу о ней, поэтому спрошу не как нашего подданного, а как отца. Вы принимаете нашу волю или в искренне одобряете брак? Следуйте за мной!
Так он…
Меня как ошпарило. Приказ был, да. Но официального представления меня, как невесты герцога, не было.
Помещение, похоже, служило залом ожидания.