Ну, с имиджем дело тоже обстояло бы не очень, потому что к большому плоскому телевизору, висящему на стене, были подключены сразу две приставки, а на рабочем столе лежали сразу штук пять контроллеров. «Эль Пончис» тут развлекался?
Едва зашли в дверь, Патрик сразу покачал головой:
– Нет здесь ничего. Двери снизу открыты.
– Уверен? Я ничего не чувствую вообще.
В общем, я чувствовать и не должен, если спуск перекрыт. Вот если бы он был готов к использованию, то что-то ощутил бы. Может быть.
– Я его чувствую.
– Ребята, если бы я вас не знал, то уже вызвал бы для вас медицину, – вздохнул Коди. – Что-то еще здесь интересует?
– Я бы все же проверил, – ответил я.
– Закрыть окна надо? – догадался Бисон.
– Именно.
Закрыли. Ничего не случилось. Никаких ощущений накатывающего холода, ощущений близкого входа в бездну. Просто темная комната. И где-то рядом в темноте Патрик сказал:
– Оно пульсирует. А когда спуск открыт, то все это как вода из крана льется, потоком.
"Вот как. То есть Патрик просто детектор. А спуститься не может. Или все же может?
Не хочу я его в дом Энн везти, не хочу. Но думаю, что другого выхода нет. Если здесь снизу все перекрыли, то и в других домах должны. Никто не хочет давать мне лишние точки спуска, они там сейчас укрылись и чувствуют себя в безопасности.
– И что дальше? – спросил Коди, включая свет.
– У нас здесь по плану дальше ничего. Вы что-нибудь нашли?
– Почти фунт кокаина, так что ордер уже оправдан.
Ну ты скажи… Подозреваю, что это у них не одобряется. Но черного кобеля не отмоешь добела, не те это люди… или нелюди. Проблема с кадрами была у Пемброка. Или все же у Энн?
А это что? На комоде стояла фотография в рамке. Уже знакомая смуглая рожа «Эль Пончиса» и с ним рядом почти черный мордатый мексиканец с удивительно мерзкой физиономией.
– Это кто? – спросил я, взяв рамку с фото. – «Эль Негро»?
– Он самый, – кивнул Бисон. – Не похоже, что он так уж противен юному сироте, как тот рассказывал журналистам, верно?
«Эль Негро» – главарь банды, который сделал малолетку своим главным палачом.