И это дало мне те драгоценные мгновения, которые позволяют перекинуть стрелки перед несущимся в мертвый тупик поездом твоей жизни на другой путь, который тянется дальше, не под откос.
Человек в окне фургона умер мгновенно, водитель то ли испугался, то ли что-то уронил, но он не стрелял, а сидел пригнувшись, я мог разглядеть только его бешеные глаза над нижним срезом лобового стекла. Поэтому я просто выпустил остаток магазина куда-то в сторону распахнутых дверей белого пикапа, надеясь прижать стрельбой или задеть того, кто должен был еще появиться с той стороны, и, перепрыгнув через низкий бетонный барьер, изо всех сил рванул в сторону ближайших строений, до каких тут было всего несколько метров.
Не знаю, выстрелили ли мне вслед хотя бы раз, но ни одна пуля меня не задела. Я заскочил за угол какого-то недостроенного павильончика, перезарядил пистолет, просто выронив пустой магазин под ноги, высунувшись из-за угла, дважды выстрелил двойками в сторону машин, почти наугад, стараясь не столько попасть, сколько обозначить сопротивление, и тут же понесся дальше, за какой-то небольшой склад, перед которым стояло два дряхлых развозных грузовика, стараясь как можно быстрее поставить между собой и преследователями как можно больше стен и углов.
Не тормозить теперь. Мои противники точно не выглядели спортсменами, им меня не догнать, главное – не подставиться под выстрел, не получить пулю в спину.
Еще рывок, через крошечный пыльный пустырек, заросший сухим кустарником, уже к домам, к виллам, практически к тому месту, за которым мы хотели следить.
Где-то рыкнул автомобильный двигатель, затем взвыла полицейская сирена.
Я забыл про них, про этих стражей закона на содержании картеля. А они снова, похоже, подключились к делу.
Черт, а улочки хоть и узкие, но прямые, и заборы высокие, и если они поедут сразу в нужном направлении, то мне не скрыться.
Или скрыться?
Вот пикап какой-то прямо у забора. Я с разбегу заскочил в его кузов, оттуда сиганул на вершину стены, оттуда скатился во двор, опять в какие-то кусты, замер, оглядываясь. Вроде бы никого.
Вытащил из поясной сумки глушитель, начал навинчивать его на «глок» – пусть лучше так, если до стрельбы дойдет, так хоть весь город не услышит, где меня искать.