А потом – умирать в ней. Тогда все станет очень плохо.
– Я что-то не так сказал?
– Ничего. Все в порядке. Все так, не переживай. Говори откровенно, это лучше всего. Даже если станет больно обоим, или, как сегодня, ранит чьи-либо чувства – в конечном итоге, это все равно лучший способ. Если ты всерьез хочешь, чтобы она поправилась, делай так. Как я тебе говорила в самом начале, нужно не думать, как помочь ей, а делая так, чтобы она поправилась, самому стремиться стать лучше. Такой здесь метод. Поэтому тебе тоже необходимо обо всем говорить откровенно… пока ты здесь.
– Это точно, – ответил я.
– Я здесь уже семь лет. Много людей прошло мимо меня за это время. Видимо, всякого насмотрелась. Поэтому теперь стоит лишь взглянуть на человека, и можно интуитивно определить, удастся ему вылечиться или нет. А вот что касается Наоко – я не понимаю. Даже предположить не могу, что с нею станет. Может, уже через месяц все как рукой снимет, а может, затянется на долгие-долгие годы.
– Почему непонятно только с ней?
– Видимо, она мне нравится, вот и не получается разобраться. Слишком много личного. Знаешь, она мне по-настоящему нравится. Нет, правда. Но вокруг нее много разных проблем… как бы это сказать… запутались в клубок, и распутывать нужно осторожно – по ниточке. Не исключено, что потребуется немало времени, чтобы размотать все до конца.
Она опять взяла в руки мяч, покрутила его и начала стучать им об землю.
– Самое главное – не падать духом, – сказала Рэйко. – Вот тебе еще одно предостережение. Не падать духом. Когда станет не по силам, и все перепутается, нельзя отчаиваться, терять терпение и тянуть, как попало. Нужно распутывать проблемы, не торопясь, одну за другой. Справишься?
– Попробую.
– Потребуется время. А может, даже спустя много времени полностью не вылечится.
Я кивнул.
– Ждать трудно, – сказала Рэйко, ведя мяч. – Особенно человеку твоего возраста. Терпеливо ждать, когда она поправится. При этом нет ни сроков, ни гарантий. Сможешь? Настолько ли ты любишь Наоко?
– Не знаю, – честно признался я. – Я и правда толком не знаю, что значит «любить человека». Не в смысле – только Наоко. Но я сделаю все, что в моих силах. Не сделай я этого, самому будет непонятно, куда идти дальше.