Со стороны вдовствующей королевы послышался сдавленный возглас, меня просто в жар бросило и более чем уверена — щеки сейчас пылают. На губах Гаэр-аша же промелькнула несколько грустная улыбка, и прозвучало почти издевательское:
— Не стоило рассчитывать на мое особое к тебе отношение.
Я почувствовала себя растоптанной. Коротко кивнула, развернулась и с прямой спиной, старательно сдерживая слезы ушла в кабинет Гаэр-аша. Найти его было не сложно — Эдвин стоял, придерживая дверь и ожидая меня. Едва подошла, молча протянул шелковый платок, и пропустил вперед.
В мрачноватом темном кабинете имелось два дивана, обращенных к столу черного дерева, стены, обитые красным бархатом, один стеллаж тоже из черного лакированого дерева, содержащий на своих полках древние книги с кожаными переплетами. Узкое конусообразной формы окно приоткрыто, на подоконнике нервно переминаются с лапы на лапу две летучие мыши и нагло посапывает один развалившийся нетопырь с посланием «Срочно» в лапе. На столе подсвечник с пятью свечами, являющимися наиболее ярким источником света, еще три факела по стенам дают более тусклое и мрачное освещение.
Диван, на который усадил Эдвин был кожанным и холодным и хотелось вовсе встать и уйти, но все уже сели — мы четверо на один, и трое из академии Сирилла на второй диван, после чего молча принялись ждать ректора.
Через минуту открылась дверь, торопливо вошел Заэн, сел к своим. Бросив на меня короткий взгляд, одними губами пробормотал «Спасибо». Сморгнув слезы, которые все же набежали, я так и не поняла, что это было.
Ректор прошел к своему столу, сел на стул с высокой острой спинкой, сложил пальцы под подбородком и оглядел всех нас пристальным колючим взглядом, от которого ничего не укрылось, включая мои слезы. Вероятно, из-за них взгляд Гаэр-аша стал на несколько градусов холоднее.
— Итак, — начал глава Некроса, — начнем с четкой расстановки приоритетов.
Вопросов не было, зато шок имелся у всех присутствующих.
— Команда Некроса, вам ваша задача ясна?
Вопрос прозвучал риторически, но Норт все же со слегка вопросительными нотками произнес:
— Победить?
И удостоился почти издевательского взгляда. Больше вопросов не было, мы все готовы были молча внимать руководству.