– Любой может прийти к океану и попросить сирен о помощи, но загадать желание во время магического шторма – честь, доступная избранным, – пояснил Гаррет, – элементали могут совершить невозможное, исполнить любую мечту, но всегда выбирают сами и повлиять на их решение не могут даже Пряхи.
Хотела спросить, как проходит этот отбор и чем могу помочь, но на гору неожиданно поднялся Леон. Лицо не по-детски серьёзное, полный решимости взгляд чётко направлен на алтарь. Меня и Гаррета он словно не замечал…
– Я скрыл нас магией, – пояснил феникс.
Смуглый поджарый мужчина с короткими пшеничными волосами стоял на пирсе, доставая из лодки сети с рыбой. Рядом суетился Леон и две девчушки постарше, с такими же медными косами и очаровательными веснушками, как и у самого мальчишки. А на берегу с улыбкой застыла огненно-рыжая женщина с младенцем на руках.
От вида счастливой семьи губы невольно растянулись в улыбке. Было в них нечто особенное, солнечное, настоящее. Жаль, прекрасная идиллия длилась недолго… Картинка внезапно сменилась, и я увидела, как отвлёкшийся на сестру Леон оступился и упал с пирса, ударившись спиной о выступающие из воды камни."
"Чужая боль накрыла с головой, схлестнувшись с безмолвными криками его родных.
– У семьи нет денег, чтобы оплатить моё лечение, – услышав детский голос вздрогнула, а через миг сквозь осколки чужих воспоминаний я вновь увидела стоящего возле алтаря Леона, – отцу за десять лет не поймать столько рыбы, чтобы заплатить светлым целителям!
Перед глазами вспыхнул образ старика Берригоу, и я не понимала, почему семья мальчика не обратилась в штаб…
– Леон чистокровный человек, в нём почти нет магии, – пояснил Гаррет, – энергия тёмных целителей для него опасна.
– Знаю, – с горечью прошептала.