Слишком кровавым было прошлое Палача в глазах этих кабинетных чиновников и пенсионеров, чтобы посметь поднять на него руку. Даже Хоза не дернется, понимая, ЧТО за этим может последовать!
Мурза переоделся в спортивный костюм, упал на постель. Время для сна еще не наступило, но надо было спать! И он заставит себя уснуть. За время, проведенное в Чечне, он научился управлять своим организмом. Он уснет, а Шеленгер примет его условия. Дальше посмотрим! Прибудет Доулетхан, он сумеет спланировать акцию! Главное — захватить золото, а там прощупать и покупателя, готового выбросить такие деньги.
Раз, два, три… — начал он по привычке считать, зная, что не досчитает и до двадцати, как провалится в чуткий звериный сон, — …семь, восемь, девять…
Утром 28 июня Мурза проснулся раньше обычного, в пять часов, да и немудрено, он проспал почти двенадцать часов.
С удовольствием окунулся в прохладную воду. Она освежила тело. Выйдя на берег, переодевшись, Мурза затянулся ставшей уже привычной по утрам анашой. Он стоял и курил, с наслаждением наблюдая рассвет. Солнце поднималось все выше, проложив на водной глади яркий, слепящий след. Пели птицы, природа, пробудившись, набирала силы.
Баркаев не заметил, как к нему подошел Шеленгер.
— Доброе утро, Мурза!
— Да, утро на самом деле доброе, красивое, теплое!
Шеленгер встал рядом с Баркаевым.
Банкир провел бессонную и беспокойную ночь. Это было заметно по его лицу.
— Вы плохо спали, босс? Давление не давало покоя?
— Я не спал совсем! Сначала давление скакало, как полковая лошадь, после укола вроде оклемался, но уснуть так и не смог. Озадачил ты меня, Палач, сильно и расстроил!
Баркаев изобразил удивление:"
"— Да что вы? Я лишь помог вам разобраться в обстановке, все в ваших руках, босс! Я же не заставляю вас идти против собственной воли и сам жду, какое решение вы примете!
— Да брось ты, Мурза, в игрушки играть! Все ты прекрасно понимаешь и знаешь, что за решение я мог принять.
Палач взглянул в глаза Шеленгера:
— Значит ли это, что…
— Да! — перебил его банкир. — Значит! Готовь операцию.