Поношенье иноземцев, жителей других провинций и даже соседней деревни было делом обычным, однако нынче мальчишьи голоса полнились небывалой злостью. Удивительно, что беспризорники обзывали Нила «предателем», но не «черным чужаком». А что б они сделали, поняв, что перед ними ачха? Лучше не думать. И если навести мальчишек на лодку Бабурао, быть беде, сообразил Нил, зашагав к монастырю Океанский Стяг, что был неподалеку.
Выкрики беспризорников становились все громче, а когда Нил был уже совсем рядом с монастырскими воротами, брошенный камень с силой ударил ему в спину.
Таранатх-джи встретил Нила, как всегда, радушно и, печально кивая, выслушал его рассказ. Дух в городе скверный, сказал он. Мишенями нападок становятся не только чужеземцы, но и китайцы из других провинций. Нынче тибетские монахи не выходят за пределы своей обители.
Нил с благодарностью принял предложение остаться в монастыре, готовом дать ему приют. Он послал записку Бабурао, и тот доставил его пожитки.
Лодочник ничуть не удивился происшествию с беспризорниками. О подобных случаях ему уже приходилось слышать от друзей и родственников из лодочного люда, заклейменных предателями и шпионами. Власти провинции винят лодочников в том, что британские корабли не были потоплены. Чиновников разъярило, что «водные храбрецы» не применили свою волшебную мощь для уничтожения вражеской эскадры.
— Кинту амра ки корбо, как нам быть-то? — на бенгали сказал Бабурао.
Утром Нил запиской известил Комптона о своем новом месте жительства, и тот, заглянув к нему, посоветовал оставаться в монастыре, пока не найдется иное надежное пристанище.
Через пару дней он вновь навестил Нила. Печатник переговорил с Чжун Лоу-сы, и вместе они решили, что Нилу лучше перебраться на «Кембридж», который все еще стоит у Вампоа. Там безопасно, поскольку корабль обеспечен особой защитой местных властей, и, кроме того, команда будет рада услугам переводчика.
К началу декабря Захарий распродал весь свой груз дельцам с маньчжурского побережья. Теперь, когда трюмы «Ибиса» были пусты, он, не теряя времени, развернул шхуну обратно на юг.
В двух днях хода от Гонконга впередсмотрящий разглядел прямо по курсу бригантину Филипа Фрейзера. Суда встали борт к борту, и Захарий отправился на совместную трапезу."
"Фрейзер поделился кучей новостей.