— Да, верно, хавильдар и капитан Ми буквально стоят у меня перед глазами.
— И у меня. — Миссис Бернэм опустила взгляд на руки, сложенные на коленях. — Только я вижу их такими, как в день нашего знакомства.
— Они сильно переменились?
— Кесри Сингх, пожалуй, нет. А вот Невилл… капитан Ми — определенно.
Почувствовав, что собеседнице нужно облегчить душу каким-то признанием, Ширин мягко спросила:
— Вы, стало быть, хорошо его знали?
Миссис Бернэм, помешкав, прошептала:
— Да. Сказать по правде, я знала его как никого другого.
— Ох!
— Истинно так, Ширин. — Миссис Бернэм как будто прорвало: — Было время, когда другие мужчины для меня просто не существовали.
— И что же вам помешало?
Миссис Бернэм вздохнула и понурилась.
— Мои родители…
Иных объяснений не требовалось. Ширин сочувственно покачала головой.
— И потом вы больше не виделись?
— Нет. Я ничего не знала о нем до того момента, как пришла сюда пригласить вас на раут. А потом, когда в Новый год мы с ним встретились на «Анахите», это было так, словно сама судьба вернула его, стерев все прошедшие годы.
— О чем вы, скажите на милость?
— Если б и я была счастлива в браке.
— Счастлива? — не сдержавшись, переспросила Ширин, и теперь уже сама ощутила потребность излить душу. — Ох, Кэти, мой брак отнюдь не то, чем он выглядит.
— Неужели?
— После смерти мужа я узнала, что здесь, в Китае, он завел любовницу и другую семью.
— Не может быть!
— Да, вот так вот. Для меня это было страшным ударом. Не укладывалось в голове, что человек, всегда казавшийся образцом преданности, добропорядочности и набожности, мог спутаться с иноземкой другой веры.
Миссис Бернэм окинула ее долгим внимательным взглядом, потом подсела ближе и ласково спросила:
— Но ведь и ваша жизнь изменилась, с тех пор как в ней появился господин Карабедьян, правда?
Ширин поперхнулась и смогла только кивнуть в ответ.