Причем незамедлительно. Вашу помощницу дожидаться мы не будем. Возражения есть?
– Нет, – коротко ответила Мари. Кажется, она поняла, что дело находится в руках профессионала.
– У меня тоже появился помощник, так что мы теперь на равных, – с невинным видом сообщил ей я, внутренне усмехаясь. Забавно было поставить на одну доску опытного офицера Охранного отделения и пигалицу-циркачку.
Я привел Кнопфа, представил его дамам, велел записывать. Особенной необходимости в том не было, но короля, как известно, делает свита.
– Итак, Алевтина Романовна, девочку похитили во время поездки в клинику на еженедельный укол. Кого мы должны будем опросить в качестве свидетелей?
– Вероятно, шофера, который отвез Дашу…
– Имя, фамилия, возраст, место рождения, давно ли у вас служит? – спросил ротмистр.
– Федор, кажется, Силантьев… Отчества не знаю. Родом он, погодите-ка, из Торжка. Да, из Торжка. Лет тридцати.
– Еще кто? Няня девочки? – подсказал я.
– Да. Она, собственно, не няня, а нэнни. Англичанка, зовут ее мисс Корби, Сара Корби. У нее были самые лучшие рекомендации, большой опыт. С Дашенькой она почти с рождения.
– Еще?
– Из моего персонала больше никто.
– А его как зовут? – спросил Кнопф.
– Осип Карлович.
Я велел показать детскую.
Хвощова повела меня и мадемуазель Ларр вглубь дома, а ротмистр попросил разрешения остаться в кабинете, почему-то тайком подмигнув мне."
"Я всегда полагал, что у ребенка, даже из очень богатой семьи, бывает только одна комната. Но я ошибся. «Детская» маленькой Даши Хвощовой представляла собой целую квартиру, побольше моей гарсоньерки.
– Это Гоген, – сказала Хвощова. – Даше нравится. Пришлось только перевесить повыше, а то она пририсовывала таитянам усы.
Ничего полезного в детских комнатах я не обнаружил, да и не рассчитывал на это.