– Господи, почему я не сделала этого с самого начала? Да, я поеду к нему! Пусть упивается местью, пусть куражится… Забастовщикам уступить я не могу, на таких условиях фабрика разорится. И Союз предпринимателей не простит мне подобной уступчивости. Ведь другие рабочие немедленно потребуют того же. Но я предложу Миловидову деньги, много денег. Триста тысяч. Даже пятьсот!
Она схватила телефонную трубку, вызвала из гаража автомобиль. На нас внимания уже не обращала. Махнула рукой.
– Уходите все. Вы мне больше не нужны.
Выставленные за дверь, мы оказались в приемной.
Там мадемуазель Ларр, понизив голос, сказала:
– Если у похитителей в доме есть свой человек, а это вполне возможно, пусть доложит, что хозяйка дала всем сыщикам отставку. А мы тем временем продолжим свою работу. Господин ротмистр, не спускайте глаз с Миловидова. Для вас, господин Гусев, тоже есть дело.
Как-то само собой вышло, что общее руководство перешло от меня к ней.
С почтением смотрел на сыщицу и Кнопф.
– Не хотите ли поработать с Охранным отделением, сударыня? Мы высоко ценим способных людей.
– Вряд ли у вас хватит средств оплачивать мою работу, – ответила на это госпожа Ларр. – И потом, мне неинтересны политические расследования.
Уже на улице, после того как ротмистр уехал, я спросил:
– Что за дело вы хотите мне поручить? Чем вы вообще занимались в эти дни?
– Мы с Бетти установили наблюдение за квартирой Миловидова.
– Без санкции? Но это же рискованно! Что бы вы делали, если бы кто-то из соседей заметил вас и вызвал полицию?
– Обыск делала Бетти. Она никогда не попадается.
Помощница состроила рожицу и сделала книксен.
– Я человек-неведомка.
– Невидимка, – поправила Мари. – Бетти отлично проникает в любые помещения и хорошо владеет техникой посекторного поиска.
– И что там?
– Открывать сейфы Бетти не умеет. Тут уже моя специальность. Как раз сегодня я собиралась этим заняться, но будет лучше сделать это в вашем присутствии. Скорее всего там какие-нибудь бумаги или документы. Вы лучше разберетесь, чтó может представлять для нас интерес. Я ведь плохо знаю российскую жизнь.