— Вроде с Алисой все в порядке, пришла в себя, — сказал он опричнику, — надо ехать, пока не нашли нас здесь.
— В порядке? — переспросил Росс, глядя в сторону еще одной машины, внутри которой Михаил о чем-то говорил с девушкой, — дай Бог, только что-то я не уверен, что с ней все нормально.
— Шок еще не прошел, но она уже улыбается, — пожал плечами Хворостин.
— Жемчуг белый, сияющий, — Росс указал полковнику на ожерелье, — а девушка жива. Я не понимаю, как они это провернули. Ну, да ладно, сейчас не до этого. Скажи, ты выяснил, кто этот антиквар?
— Нет по нему никакой информации, — покачал головой полковник, — но если бы не он…
Валентин Алексеевич, будто почувствовав разговор, приблизился к ним.
— Нам нужно спешить, — сказал он. — С минуты на минуту нас найдут, да и в Москве появилось очень уж неотложное дело.
— Валентин Алексеевич, скажите кто вы? — прямо задал вопрос опричник, — и почему вы тут оказались?
— Сейчас это не самый актуальный вопрос. У нас в Москве возникла проблема посерьезней, — спокойно парировал антиквар и, повернувшись к полковнику Хворостину, добавил, — вам еще не звонили?
— Кто-то должен был? — нахмурился полковник, глядя на экран телефона, — у меня здесь нет приема сигнала.
— Курбининские похитили Елену Петровну, — пояснил Валентин Алексеевич. — Это же ваш человек сегодня охранял ее? Он тяжело ранен, но, к счастью, жив.
Ростислав и Сергей резко переглянулись.
— Надо срочно ехать, — повторил загадочный искусствовед. — Кузьма здесь приберет за нами, чтобы лишних следов не осталось.
Глава 14
Опричник молча сидел в углу, наблюдая за разговором Сергея Хворостина и Игоря Воротынского, только что вернувшихся из полиции. Новости были плохими. Охранник, получивший ранение, находился в больнице в состоянии комы. Игорь, весь взвинченный, рассказывал о требованиях Курбинина, а Хворостин перебирал в голове, кого из своих знакомых в спецслужбах можно привлечь для освобождения Елены.
"Игорь, измученный страхом за сестру, был готов согласиться на любые условия, но Хворостин удерживал его:
— Если подпишешь документы, Елену убьют. И тебя следом.
Опричник молча кивнул. Хворостин мыслил здраво. А учитывая то, что скоро всем станет известно, кто укоротил на голову сына Курбинина, месть неизбежна.