Женщина моргнула одновременно со мной.
– Слишком добра? – спросила она, меня это отнюдь не обидело, потому что – неужели? Как он дальше собирается выкручиваться?
Я взглянула на него, и в тот момент же момент он кивнул.
– Да. Слишком добра. – Она, вероятно, сама не ожидала, что у нее вырвется «ха!», потому что это произошло очень быстро. Окинув ее взглядом, я захлопала глазами. Она тоже захлопала глазами… словно не могла поверить, что этот звук сорвался с ее губ.
Вот сучонок.
Возможно, я была не самым сердечным и ласковым человеком в мире, но я правда была доброй.
Или, как говорила моя мама, «когда мне хотелось быть такой». Но это моя мама. Она заслужила мою любовь и была достойна ее. Она могла говорить обо мне все, что угодно.
– Как вы относитесь к сообщению о том, что ваш прежний партнер и Мэри Макдоналд будут выступать вместе в этом сезоне? – ни с того ни с сего спросила журналистка.
Одно лишь упоминание о моем «прежнем партнере», да еще о сучке Мэри Макдоналд испортило все, что произошло за этот день, вплоть до этого момента.
Потом Иван пнул меня ногой. Буквально пнул.
От этого пинка я очнулась. Мне хватило всего секунды для того, чтобы собраться с мыслями и произнести:
– Я никак к этому не отношусь. – Возможно, мне следовало сказать, что я желаю им удачи или успеха, либо еще что-то, но я не была настолько добра.
– Правда, что вы не разговаривали с ним после вашего последнего совместного сезона?
Я не собиралась принимать в расчет один вечер, когда я позвонила ему пьяной и расстроенной сразу после того, как он бросил меня.
– Нет, мы не разговаривали."
"– Правда ли, что он сообщил вам о своем уходе, послав эсэмэс? – имела наглость спросить она о ходившей по какой-то непонятной для меня причине сплетне.
Безвольный стервец.
– Не лучше ли поговорить о нас с Джесмин? Я думал, что тренер Ли предупреждала, что мы не хотим говорить о своих бывших партнерах, – внезапно прервал ее Иван своим заносчивым голосом, который я обычно не выносила.
…до этого момента.
Женщина вспыхнула, но быстро кивнула:
– Да, конечно.