Победитель, напротив, проявил милосердие и благостность и принялся благословлять желающих направо и налево, к какой бы церкви те ни принадлежали.
Особо Преосвященный Оноре заботился о детских душах, коим давал причаститься освященной водицы. Ночью детишки скончались в страшных мучениях. Кто-то завопил, что их отравил наш просветленный гость, кинулись его искать, но он сбежал.
– Нашли?
– И да, и нет. Терпение, Ваше Высокопреосвященство. То, что я вам рассказываю, мне известно с чужих слов – я приехал несколько позже.
– И вы?
– Отправил мерзавца к иным Вратам. Представьте себе мое удивление, когда приятель покойника заявил, что действует по вашему приказу и ищет в моем доме какого-то еретика. И это когда я зверски хотел спать!
– Я полагаю, – вздохнул кардинал, – соратники Авнира молча удалились.
– Ну, не то чтобы совсем молча, но удалились.
– Вам могут подать вина.
– Я составлю вам компанию, хотя бы для того, чтобы вы не выпили все. Мои родичи мориски считают, что мужчина должен купаться в шадди, вине и крови, – узкая рука взяла с подноса полупрозрачную чашечку. Из Рокэ бы получился отменный шад или даже нар-шад[30] – безжалостный и изысканный.
– И что было дальше?
– Моего оруженосца тоже принесло в Олларию раньше времени.
– Вам по-прежнему не дает покоя чья-то нелюбовь к вашему оруженосцу?
– Мне интересно, за кем шла охота на этот раз.
– Мне тоже. Что было дальше?
– Дальше я лег спать.
– Так сразу и легли?
– Нет, сначала пообедал, смыл дорожную пыль, послал в летние лагеря за Савиньяком и отправил пяток человек погулять по городу.
– И как вы выспались?
– Отменно. Проснулся под вечер… Незваные гости усердно молились, в городе кого-то резали, короче, не было ничего хорошего, кроме погоды.
– Когда это было? – Сильвестр старался сохранять самообладание. Если Рокэ здесь, значит, можно пить шадди и чесать языками. Все уже кончилось.
– Вчера.