– Кто?
– Не представились. Может быть, нукеры Маракуца? Разберусь потом. Ну, до связи!
Матвей задумчиво походил по комнате с трубкой телефона в руках, размышлял о своем положении, потом вспомнил о Кристине, и у него вдруг возникло острое желание увидеть ее. В то же мгновение раздались телефонные позывные – нежная мелодия Сен-Санса. Невольно задержав дыхание, Матвей поднес трубку к уху и услышал голос Ульяны.
– Матвей, вы?
– Кажется, я. А что, мы снова перешли на «вы»?
– Ой, как хорошо, что я вас… тебя нашла!
– Снова сон-приказ?"
"– Д-да… тебе нужно уходить из той организации, в которую ты попал.
– Внимаю.
– Я звонила в прошлый раз…
– Все в порядке, я учел предупреждение, спасибо.
– Но это серьезней, чем ты думаешь. В ваших разборках замешаны какие-то очень высокие люди… а может быть, даже и не люди вовсе, я не поняла… Опасность исходит от них.
– Благодарю, Уля, я приму меры.
– Если хочешь… если будет трудно… – Голос девушки упал до шепота.
– Никогда, – серьезно заверил Матвей.
– Я буду звонить… если можно… просто, чтобы знать.
– Звони. А вот приезжать пока не надо, лучше я приеду в Рязань. Желаю удач.
Трубка донесла тихое «я буду ждать», и Матвей дал отбой. Улыбнулся, представив полыхающее румянцем лицо Ульяны, ее большие глаза, полные губы, которые будто созданы были для поцелуев и… «Стоп, ганфайтер!» – сказал Матвей сам себе. Не хватало еще перейти в мусульманскую веру.
Матвею стало грустно. Он точно знал, что Кристину никогда, ни при каких обстоятельствах не бросит, однако от этого его не переставало меньше тянуть к Ульяне Митиной.
Шрамы на плече начали зудеть и чесаться, пришлось провести еще один сеанс внутреннего распределения потоков энергии, и неприятные ощущения скоро прошли. Как раз в этот момент снова раздался мелодичный звонок; телефон в квартире стоял многофункциональный и мог исполнять до десяти разных мелодий.
– Соболев? Как самочувствие?
– Нормально, – ответил Матвей сдержанно.
– «Болевик» Белоярцева у вас?
Матвей покосился на черный пистолет необычной формы, лежащий на диване.
– Еще у меня.
– Упакуйте и привезите на базу через два часа. Я тоже подъеду, поговорим.
– Щелчок – и голос генерала пропал.