Это Русский национальный освободительный фронт, ассоциация «Барс», Международный исследовательский центр боевых искусств, Московский казачий уряд, Международная ассоциация национальных организаций карате, Ассоциация боевых искусств, школы безопасности предпринимательской деятельности, воинских искусств, охранно-сыскные частные бюро, офисы некоторых коммерческих банков и фирм…
Коваль остановился, видя, как собеседник недоверчиво качает головой.
– Возражения?
– Нельзя объять необъятное, Сергей Вениаминович.
– Самым натуральным образом, по обычной, правда, слегка упрощенной схеме: два-три дня – наблюдение и прослушивание, день – компьютерный анализ посещений, разговоров и телефонных бесед, затем штурм и захват подозрительных лиц, информбазы, документации. Затем допросы, сверка и анализ данных, выход на командиров «ККК» и новый захват. Финита!
Казанцев снова покачал головой.
– Слишком у вас как-то просто все получается. К тому же для проведения таких операций надо иметь веские основания, а не подозрения плюс карт-бланш прокурора. Я таких оснований не вижу, ваш план смахивает… на авантюру. На произвол.
Сергей Вениаминович снисходительно глянул на собеседника."
"– Прокуроры, от районного до генерального, сами заинтересованные лица, любой из них подтвердит правильность наших действий. Что же касается обоснований нравственных, внутренних, так сказать… – Коваль растянул губы в усмешке.
– Так-то оно так… – как-то неопределенно заметил Казанцев, с грустью подумав, что придется, очевидно, самому уходить в отставку. С директором ФСБ ему было явно не по пути, что выяснилось уже давно.
– Ты учти еще одно обстоятельство, – добавил Сергей Вениаминович, стараясь не обращать внимания на внутреннюю борьбу, переживаемую начальником ГУБО. – Скоро у нас появится оружие, равного которому не имеет ни одна спецслужба мира. С его помощью мы уничтожим не только «Чистилище», но и Сверхсистему, и террористов любых мастей и… вообще кого угодно! Нравится тебе такая перспектива?
Казанцев скептически поджал губы.