Встреча Трех из Девяти состоялась на одной из конспиративных квартир, принадлежащих Союзу, в доме на Новом Арбате. Обстановка квартиры была спартанской и не располагала к отдыху. Каждый имел свой ключ и пришел один, поэтому ни о каких напитках, кроме чая, мечтать не приходилось. Сурового вида джентльмены, одевающиеся в костюмы французских и итальянских модельеров, молча уселись вокруг столика в низкие кресла. Рыков помыл на кухне купленные им лично фрукты: киви, ананасы и бананы, принес чай; по обыкновению сел так, чтобы лицо его было скрыто в тени.
– Незрелый ананас для человека справедливого, – сказал с усмешкой Носовой, беря в руки фрукт и демонстрируя знание классика [74], – всегда хуже спелой смородины.
– Не хочешь – не ешь, – ответил советник президента, – а критиковать фрукт не надо. Я, например, смородину не люблю. Знаете, что мне предложил Коржаков не далее как вчера вечером в приватной беседе? Взял меня за пуговицу и сказал: почему бы нам не обложить данью все мафиозные структуры в стране? Создать специальную рэкет-бригаду на государственном уровне, назвать ее как-нибудь похитрей, скажем, Комиссией по контролю за финансовым состоянием, и вперед! Пусть платят или распускаются.
– И что ты ему ответил? – спросил Носовой. Юрьев очистил ананас, отрезал ломтик, съел.
– Нет, ничего, свежий… Я ему ответил в стиле русской пословицы: на чужой каравай рот не разевай. Но к делу, господа.
– Они отказались, – проговорил Рыков своим специфическим, тихим, ничего не выражающим голосом.
– Подготовь вторую «волну выключения» с должной тщательностью, – сказал Юрьев.
– Я не исчерпал всех своих возможностей по тихому регулированию, но потребуется ваша помощь. Идея заключается в следующем: надо сделать так, чтобы наши фигуранты Соболев и Балуев все равно выполнили задачу, как бы непреднамеренно, то есть надо спровоцировать их на ликвидацию фигур дестабилизации: директора ФСБ, министра обороны, координатора «Чистилища» и других.