— Но ваши отпечатки пальцев остались на конфетах, — заметил Мейсон.
— Здесь что-то не так. Это не могут быть мои отпечатки. Их каким-то образом подделали.
— Вопрос о подделке отпечатков пальцев время от времени всплывает при рассмотрении дел, но, насколько мне известно, еще не было официально зарегистрировано ни одного случая успешной подделки отпечатков пальцев. И присяжные в это не верят, в особенности, если они оставлены на месте преступления. Если они стерты, то появляется новый аспект дела. Но ваши отпечатки не были стерты, они как раз оказались на конфетах.
Мирна Дейвенпорт опустила глаза.
— Это не мои отпечатки, — произнесла она своим тихим голосом. — Это просто не могут быть мои отпечатки.
— Потому что вы не открывали эту коробку конфет?
— Потому что я не открывала эту коробку конфет.
Сара Энсел протолкалась к ним из задней части зала суда, где сидела на одном из мест, предназначенных для зрителей.
— Мистер Мейсон, можно мне с вами поговорить? — обратилась она к адвокату.
Мейсон кивнул.
Сара Энсел толкнула дверцу в ограждении, отделявшем часть зала, где размещались работники суда и представители сторон, и приблизилась к адвокату и Мирне Дейвенпорт."
"— Мистер Мейсон, я знаю, я абсолютно убеждена, что Мирна не делала ничего из того, в чем ее обвиняют. Она не кормила Эда Дейвенпорта яичницей с беконом. Он вообще ничего не ел, пока мы были там. Он был почти без сознания и с трудом говорил, и Мирна не заходила в домик после того, как ушел доктор Ренолт.
Мирна холодно посмотрела на Сару Энсел.
— Уйдите, — произнесла она одно-единственное слово.
— Мирна, дорогая моя, я же пытаюсь тебе помочь! — воскликнула Сара Энсел.
— Вы сделали все, что могли, чтобы меня предать, — ответила молодая женщина.
— Мирна, ты понимаешь, что ты говоришь?
— Конечно, понимаю.
— Ты не можешь понять! Ты расстроена и взволнована, — не унималась Сара Энсел. — Мирна, дорогая, я знаю, как твои отпечатки пальцев попали на конфеты. Ты дала Эду с собой полную коробку.