— Да чтоб вас… Я не могу здесь оставаться. Выходите!
— Я уже говорил вам, что мы не можем выйти на улицу. Мы только что начали потеть.
Трэгг еще раз провел носовым платком по вспотевшему лбу и шее, платок промок насквозь.
— Ладно, ваша взяла, — признал он. — Я не могу весь потный выходить на холодный ветер. Дрейк, когда вы получите этот отчет?
— Утром.
— В какое время?
Дрейк бросил взгляд на Мейсона.
— В восемь, — ответил Мейсон.
— Если вам известно что-либо, что может мне помочь найти убийцу Медфорда Д.
— Я точно не знаю, кто его убил, — ответил Мейсон. — Как я вам уже говорил, лейтенант, историю моего знакомства с Карлином нельзя передать в двух словах и…
— Я понял, — перебил его Трэгг. — Я буду у вас в конторе в восемь утра, Мейсон. И вы тоже там будьте, Дрейк. И возьмите с собой своих сотрудников, которые наблюдали за домом Карлина. Если вас там не окажется или ваши люди не явятся, то вас всех вызовут к окружному прокурору, а если и это не поможет, то получите повестку и предстанете перед Большим жюри[11].
Трэгг резко повернулся на каблуке и вылетел из парной. Мейсон посмотрел на Дрейка.
— Говорят, что полиция заставляет свидетелей попотеть, вытягивая из них информацию, но это тот единственный раз, когда мы заставили хорошенько попотеть полицейского.
— Таким образом, у нас остается примерно три часа, — задумчиво произнес Дрейк.
— За три часа очень многое можно успеть сделать, — заметил Мейсон.
— Имей совесть, Перри! Ты прекрасно знаешь, что мы не можем сразу выйти на холодный ветер после того, как здесь потели и…
— Ты можешь пропотеть, потом принять холодный душ, потом сесть у телефона и звонить сколько душе угодно, — сказал ему Мейсон.
Дрейк покачал головой.
— Считай, что он поймал нас с поличным, Перри.
— Верно, — кивнул Мейсон. — Но только те карты, которые у тебя сейчас в руках.
— Сейчас? — переспросил Дрейк.