– Когда же ваше сиятельство думает отбыть в Россию?
– Пусть спешат почтальоны, – обиделся Лопиталь, – послу же Франции не пристало, проскакав на курьерских, явиться ко двору с одышкою от быстроты движения… Надеюсь, через полгода мы будем уже на месте.
Лопиталь не понравился Бехтееву, и в разговоре с Рулье он дал понять, что Франция напрасно хвастает на весь мир своими пышными дуками и маршалами.
– Лучшего не найти, – сказал Рулье. – Прочие – совсем профаны в делах этикета придворного… Обнадежьте Петербург и свой двор, что маркиз Лопиталь – опытнейший из послов Франции…
Это действительно было так.
Маркиз Лопиталь получил при отъезде секретное поручение – вытравить прусско-английское влияние из «молодого двора» в Ораниенбауме; в первую очередь – из сердца Екатерины! Принц Конти даже подсказал Лопиталю главного спекулятора:
– Моя прекрасная де Бомон… Она справится и с чертом!
При обмене дворов дипломатами Россия с этикетом тянуть не стала: Михайла Бестужев-Рюмин тут же заступил на пост русского посла в Париже… Ему не надо было ехать издалека, как Лопиталю: он уже сидел в Париже, наблюдая за Бехтеевым.
Первый выстрел
Фридрих бодрствовал…"
"– Итак, – рассуждал он, – для начала подсчитаем наши возможности. Все кабинеты Европы против меня. Со мною же остались случайные личности в истории мира… Вот ландграф Гессен-Кассельский, герцоги Брауншвейгский с Готским.
Античный мир был прост.