Пленница греха

Похоже, никто не обратил на них внимания.

В такую морозную ночь всякий, кого нужда не гнала на улицу, предпочитал оставаться в тепле. Несколько слуг, которых Гидеон увидел во дворе, спешили по своим делам. По давней привычке Гидеон примечал каждую деталь.

Талливер подошел к нему:

— Поехали, начальник?

— Да.

Гидеон напоследок окинул взглядом двор. Никто не проявлял интереса к их маленькой компании.

— Пора в путь.

Талливер занял место кучера. Гидеон забрался в карету, где уже сидела загадочная мисс Уотсон.

Пристально глядя на свою растрепанную спутницу, Гидеон поймал себя на том, что впервые за долгое время испытывал нечто помимо усталости и отвращения к себе. Она вызывала в нем интерес. Была ему небезразлична.

Мисс Уотсон сотворила чудо. Гидеон так долго не испытывал ничего, кроме отчаяния, что даже этот интерес к ней воспринимался им как нечто освежающе светлое, как весенняя оттепель, пришедшая на смену бесконечной зиме. Гадая, какие еще неожиданные результаты повлекут за собой его импульсивные поступки этой ночи, Гидеон опустился на сиденье напротив мисс Уотсон и, закрыв глаза, погрузился в дрему.

Карета тронулась, заскрипели колеса. Они выехали с постоялого двора в морозную ночь.

Глава 2

Чариз мучили кошмары. Хьюберт нещадно избивал ее, а Феликс наблюдал за тем, как он колотит ее, с глумливой улыбкой. Вот он вывернул ей руку. И наконец удар по голове, от которого она потеряла сознание.

Когда она открыла зудящие глаза и увидела освещенный скупым светом фонаря потрепанный салон кареты, то подсознательно ожидала услышать эхо собственных криков.

Но услышала лишь скрип колес да завывание ветра. На сиденье напротив развалился сэр Гидеон. Он, по всей видимости, спал.

Наконец Чариз испытала облегчение. Судорожно вздохнув, она почувствовала, как заныли ребра. К счастью, рядом с ней не оказалось ни Феликса, ни Хьюберта.

Чариз дрожала, едва сдерживая слезы и стоны. Но постепенно голова ее прояснилась, дыхание пришло в норму. Здоровой рукой она поправила пальто, укрывшись им, и стала присматриваться к своему попутчику.

Он спал в непринужденной, расслабленной позе, и вид его худощавого тела, заставлял ее сердце биться быстрее.

И причиной учащенного сердцебиения, к стыду ее, был не страх.

Когда карета тронулась, она приготовилась к тому, что он учинит ей допрос. Но сэр Гидеон лишь удобно устроился на скамье, раскинув руки вдоль спинки сиденья, протянув длинные ноги в угол кареты, и закрыл глаза.