- Я люблю тебя. - Желудок все еще вкручивает в узелок, и я не знаю, правильно ли выбрала момент, чтобы все это ему сказать. Но мне все равно. Я повидала на своем веку много всякого дерьма, поэтому мне необходимо, чтобы он знал, что я чувствую. Он единственный для меня - мне наплевать правильное время или нет.
Доминик берет мое лицо в ладони и поднимает его вверх, я смотрю в его завораживающие глаза - пылающие орбиты.
- Мое сердце - твое. Моя душа принадлежит тебе, потому что я люблю тебя всем своим существом, - шепчет он.
Любовь в моем сердце растет с каждым произнесенным губами Доминика словом, и слезы свободно льются из глаз.
Он любит меня.
- Это слезы счастья? - Доминик вытирает мои щеки подушечками больших пальцев. - Даже в слезах, ты остаешься красивейшей женщиной, которую я когда-либо встречал.
С каждым произносимым Домиником звуком мои эмоции зашкаливают.
- Детка? - Я смотрю вверх на Доминика. Он хмурится в беспокойстве, вероятнее всего потому, что я не в состоянии ничего сказать.
Улыбка играет у меня на губах, пока я ищу правильные слова для Доминика. Но я не знаю, что это должны быть за слова.
- Спасибо за то, что ты любишь меня. Я не думала, что кто-то когда-нибудь сможет меня полюбить."
"Уголки его губ поднимаются, и взгляд становится мягче. Его руки лежат у меня на пояснице.
- Я люблю тебя, - повторяет Доминик.
Мы стоим вместе, довольно сдержанно обнимая друг друга.
Не проходит много времени, как раздается стук в дверь, и мы оба знаем, что это привезли зеркало.
Я моментально застываю и инстинктивно сопротивляюсь позволению постороннему войти в мой дом. Доминик, должно быть, чувствует мой трепет, ближе прижимая меня к себе.
- Хочешь подождать в кухне? - спрашивает он.
Не говоря ни слова, я просто киваю.
- Ладно, тогда, может быть, ты приготовишь нам обоим кофе? Как только они уйдут, я тут же приду.
Мое сердце бьется так быстро, что я чувствую, как вот-вот начнется паническая атака.
Ты справишься, Эйлин.
Я иду в кухню и включаю кофеварку.
- Извините, дамочка. Мне бы в ванну, с вашего разрешения?
Резко развернувшись, я вижу дородного мужика в возрасте, одетого в голубую униформу, стоящего в дверях кухни.
Мое сердце останавливается.
Дыхание сбивается.
Черные точки танцуют перед глазами.
Все мое тело покрывают мурашки.
Желудок завязывается узлом.