― О мой любимый, мой дорогой сын!
Мистер Фэнкот, прижав мать к груди, крепко обнял ее и сказал, давясь от смеха:
― О, что за наглая ложь! Я не твой любимый сын!
Став на цыпочки, чтобы поцеловать его худую щеку, ― при этом воск с наклоненной свечи капал на рукав его пальто, ― леди Денвилл ответила с достоинством, что она никогда не отдавала ни малейшего предпочтения ни одному из своих сыновей-близнецов."
"― Конечно, нет! Как бы ты могла это делать, если ты нас не различала? ― сказал мистер Фэнкот, предусмотрительно забирая у нее подсвечник.
― Я умею вас различать! ― заявила она. ― Если бы я ждала тебя, я сразу бы тебя узнала! Дело в том, что я думала, ты в Вене.
― Нет, я здесь, ― сказал мистер Фэнкот, улыбаясь и нежно глядя на нее. ― Стюарт дал мне отпуск: ты довольна?
― О нет, ничуть! ― сказала она, взяв его под руку и ведя в свою спальню. ― Дай мне посмотреть на тебя, мой озорник! О, мне плохо тебя видно! Зажги все свечи, дорогой. Ох, сколько денег тратится на свечи в этом доме! Никогда бы не подумала, что это возможно, если бы Динтинг не показала мне оплаченный счет торговца свечами.
― Я думаю, следует зажигать меньше свечей, ― заметил Кит, зажигая от своей свечи полдюжины других, стоявших в двух подсвечниках на туалетном столике.
― Нет ничего более унылого, чем слабо освещенная комната! Зажги те, что на камине, мой дорогой! Ну, так намного лучше! Теперь иди сюда и расскажи все о себе!
Она пододвинулась на прекрасной тахте и призывно похлопала по ней, но Кит не подчинился немедленно ее приглашению.
― Как так, мама? Ты обычно жила в розовом саду, а теперь можно подумать, мы находимся на дне моря.
Так как именно этого она и добивалась, когда за громадную сумму меняла обивку стен в комнате на всевозможные оттенки зеленого, ей это доставило большое удовольствие.
― Совершенно верно! Я не могу представить себе, как я терпела эти банальные розы так долго ― особенно когда бедный мистер Браммелл давно сказа мне, что я одна из немногих женщин, которым зеленый цвет идет больше, чем любой другой.
― Это действительно так, ― согласился он. Он опустил взгляд на кровать и сощурил уголки глаз, когда увидел волнистое покрывало из газовой материи:
― Слишком франтовато! И не очень подходит.