Паук, за разгильдяйство впоследствии смещенный с флота на должность главного радиста островитян, тогда тоже отличился — во время боя отвлекал на себя второй линкор противника. А Платов со своим «Арго» остался мальчиком на побегушках: плоты дымовые таскал, помогал перезаряжать торпедный аппарат, плелся в кильватерной струе «Варяга», когда тот дерзко гнался за отступающим линкором врага.
В зимней кампании флот не участвовал — Фреона замерзла.
Сейчас, выйдя на поддержку экспедиции Олега, Платов наивно надеялся, что хоть в этот раз прославится — ведь где Олег, там всегда имеется место подвигу.
А теперь, когда в поселке, возможно, происходит нечто ужасное, он вынужден прятаться в плавнях, кормя местных комаров. Полная неизвестность и полное отсутствие перспектив прославиться. Зря он полдня убил, заряжая торпедный аппарат — не понадобится ему эта торпеда.
Далекий грохот взрыва заставил Платова вскочить с бочонка, на котором он восседал у борта, вглядываясь в сторону поселка.
Началось — там бой! Кто и с кем воюет, неизвестно, но Платов опять не при делах — ему приказано прятаться в плавнях.
Зимой личная гвардия Олега нарушила приказ, и благодаря этому удалось вывести многих бойцов из-под удара. Потери среди гвардейцев были ужасны, но это того стоило — если бы не они, закончилось бы все очень плохо. Атак просто плохо.
Пнув бочонок ногой, Платов дрожащим голосом азартно выдохнул:
— В… такие приказы! Команда! Подъем! Все на весла! Двигаемся к поселку!
Команда невелика, но зубы у корабля острые. Заряжен торпедный аппарат, готова к бою корабельная артиллерия, мушкеты тоже не стоит сбрасывать со счетов. Ничего, что двигатель не работает, раньше вообще на веслах все бои проходили и ни разу островитяне не проигрывали.
Правда, бывало, улепетывать приходилось… Ну да это просто тактическое отступление — маневр такой.
«Варяга» Платов предусмотрительно поставил в удобную протоку, стиснутую стенами тростника. Не стал слушать Олега, требовавшего спрятаться в самом дальнем уголке плавней. Глубина здесь приличная, и, главное, течение неплохое к правому берегу идет. Едва подняли якорь, корабль сам пошел вперед. Заскрипели весла, уже через минуту вышли на речной простор. Чуть ниже краснел одинокий огонек сигнального фонаря на верхушке сторожевой башни.