Пограничная река

Добрыня, наблюдавшей за встречей супругов снизу, недовольно заорал:

— Вы там ещё целоваться начните! Задолбали своей великой любовью! Может, для разнообразия всё же скажете, по какому поводу концерт?

Не отреагировав на призыв вождя, Олег кивнул Ане:

— Ну? Что случилось?

— Сигналят!

Без дополнительных расспросов Олег подскочил к западному краю площадки, взглянул в сторону правого берега. Так и есть, в полосе пойменного леса, темнеющей выше желтоватых камышовых зарослей, ярко сверкнул солнечный зайчик.

Сигнальщику пришлось подняться вверх по течению, чтобы поймать отполированным бронзовым диском отблески заходящего светила и направить их на остров. Ещё несколько минут, и подобный номер вряд ли бы ему удался.

— Возьми бинокль, — предложила девушка.

— А ты смотрела?

— Да. Но ничего, кроме блеска, не различила. Слишком далеко. И что сообщить пытаются, тоже не поняла.

— Тогда и я смотреть не буду.

Олег нахмурился, не зная, что сказать вождю. Примитивная азбука, разработанная для гелиографа, не позволяла быстро передавать объёмные сообщения.

В основном она состояла из коротких условных сигналов, предусматривающих разные явления. Однако разобрать сейчас, что хотят сообщить охотники, не получилось. Добрыня, устав стоять под башней с задранной головой, крикнул:

— Ну что там?

— Охотники сигналят.

— И что сигналят?

— Да не понять. Солнце почти село, сигнальщик, видно, с дерева работает, под большим углом. Ничего не понятно.

— Толку с этой азбуки!

— Нет, в этом никто не виноват. Час назад ещё можно было нормально передать сообщение, но сейчас чудо, что вообще сигнал заметили. Они километра на полтора от лагеря поднялись, чтобы хоть как-то посветить.

— Ладно, спускайся вниз. Хватит орать на весь посёлок.

Добрыня не был любителем долгих заседаний, большинство вопросов, как мелких, так и жизненно важных, он предпочитал решать на ходу. Вот и сейчас не стал заводить Олега в избу, просто поманив его за собой, направился к лестнице, ведущей на стену.

Это было его любимое место. С этой стратегической позиции можно было наблюдать за внутренней жизнью посёлка, но одновременно видеть и то, что творится за его пределами. По пути вождь непринуждённо пнул в бок замешкавшуюся псину, не успевшую убраться с курса здоровяка:

— Пошла вон! Проститутка! Недолго тебе бегать осталась, всё к тому идёт, что плавать тебе в котле.