Пограничная река

У нас в лесах тоже свой царек имеется — Кругов. Только, по сути, он лишь военный руководитель, и плюс ему полностью подчиняется самый большой наш поселок. Во всех других поселках свои начальники, — их жители сами выбирают. Для каждого поселка назначен единый налог. Но его размер может увеличиваться, если поселок выставляет слишком мало воинов для армии при войне. Если плохо их вооружает, тоже могут увеличить. Потому у нас и невыгодно мелким поселением жить. Те, кто живет в одиночку, на хуторках, все равно формально привязаны к какому-нибудь поселку.

Кто не согласен с налогами — может катиться на все четыре стороны. Но уходят мало: кто хотел, тот сразу ушел. Остались надежные люди. Да и куда идти? Везде то же самое — если не хуже.

— Налоги? Так у вас деньги есть?

— Ну, своих нету: ходят у нас немного монет восточников и южан, но так… несерьезно… Налоги у нас воском платят. Медом тоже можно, или рыбой. Но рыбой невыгодно: чуть ли не тонны приходится перетаскивать. Фреона богатая река, и рыбы в ней полно, так что дорого она не ценится.

Охотники еще по зиме пушнину разную бьют: лисиц, куниц, белок. Есть бобры и речные нерпы, выдры попадаются, ондатры и нутрии: у них тоже мех ничего. Я одно время норок ловил: ох и вонючее же это дело! Вот эти меха на налог хорошо идут — не хуже воска.

— А воск у вас откуда?

— С воском нам повезло, — с явным оживлением заговорил Серж. — У нас в лесах полно пчел: чуть ли не в каждом дереве дупло забитое сотами. Преувеличиваю, конечно, но их действительно много.

На наших землях самые большие пойменные леса — таких больше нигде нет. А пчелы местные такие места обожают. На первых порах мы диких пчел грабили, а потом начали ловить их при роении, помещали в свои колоды. Да и старые семьи перетаскивали к себе: работа та еще с ними — эти гады, когда злые, залезут к тебе, как ни укрывайся. Вот потому я такой здоровый и красивый — пчелиного яда нахватался. Он ведь очень полезный.

— Да уж… Я бы вряд ли сумел пчел разводить…

— А кто сумел бы вот так, с бухты-барахты, ничего не понимая? Я до того, как сюда попал, мед только в банках видел.

Нашлись умелые мужики, научили других. И пошло дело. Местные ведь, оказывается, пчеловодством вообще не занимаются: тупо собирают соты у диких пчел. В их краях народу много: диких семей не хватает уже давно, да и забор неграмотно проводят, губят пчелок. До пасек они у себя еще не додумались. Так что воск и мед с руками готовы отрывать: сколько им не дай, все мало.