- Я знаю. Мне Вера сказала.
- Я пыталась тебя предупредить, что перенести запись не получилось, но не смогла дозвониться. – Прозрачная слеза скатилась по щеке.
- Я знаю, малышка, прости… Я придурок безрукий – утопил телефон.
- Ты не придурок… - запротестовала Юлька, помаленьку скатываясь в истерику.
- Ну-ну, не плачь…
- Сначала все было хорошо, но потом они сказали, что у малышки-и-и увеличена толщина воротниковой зоны-ы-ы. А это может свидетельствовать о генетической патологи-и-и. Наша девочка…
- Тише, хорошая моя… Тише.
- Ты что, не понимаешь…
- Я все понимаю, Юлька. Всё… Но это ведь ничего не изменит, да? Просто у нас будет особенный ребенок. Только и всего.
- Они сказали делать аборт…
Зубы мужчины скрипнули. Он прикусил язык, чтобы сдержаться, и не высказать жене все, что он думает по поводу таких советчиков!
- Это абсолютно исключено. Ну же, малышка, успокаивайся. Я рядом… все будет хорошо! Я никому не дам больше тебя обижать.
- Я так испугалась, Олег. И так хотела к тебе… Больше всего на свете хотела.
- Девочка моя, хорошая… - прошептал, забираясь прямо в одежде к ней в кровать. – Не плачь, сладкая. Я всегда буду рядом, никуда больше не уеду от тебя, пусть хоть сгорит все… Ты только не волнуйся, ладно? Тебе нельзя, малышка. Главное, не волнуйся… - шептал, укачивая жену в руках. Было ли ему страшно в этот момент? Переживал ли он по поводу возможных патологий ребенка? Да. И страшно было, и переживал.
"Видимо, этот день отнял у Юльки последние силы. В одно мгновение девушка отключилась. Вот еще что-то шептала о своих страхах, а через секунду уже спала, жалобно всхлипывая во сне.