Пытаясь сдержать нервный вздох, она до боли закусила губу. Что бы ни ответил Аллард — он уже подписал себе приговор.
— Простите, Ваше Высочество, — Адмирал на секунду склонил голову, но тут же выпрямился. — Я готов умереть за Тариан в любую минуту, если на то ваша воля. Но я не в праве пойти против Догмы. Никто не в праве. Даже сам император.
Не опуская глаз, Аллард смотрел на принца. И знал, что тот тоже сейчас разглядывает его, решая, что делать с непокорным адмиралом.
Но формально правда была на его стороне.
Все эти постулаты вносились в Догму не просто так. На каждый из них имелась причина.
Онезис обвел присутствующих изучающим взглядом. В разношерстной толпе инопланетных гостей, замерших полукругом в десяти шагах от трона, виднелись серые сартры его приближенных.
Ситуация сложилась довольно двусмысленной.
И теперь нужно было выйти из нее, не потеряв королевского достоинства.
— Что ж, уважаю твое решение, — принц медленно опустился в кресло, и абийянки с довольным визгом бросились лобызать его руки. — Ты прав. Догма превыше всего. В конце концов, это единственное, что остается незыблемым в нашей Вселенной.
Его слова скрывали тонкий намек, лежавший буквально на поверхности. И Инге не нужно было уметь читать мысли, чтобы понять: это еще не конец.
— Приятного вечера, адмирал, — наследник протянул руку для церемонного поцелуя. — Проведите его с пользой.
С аудиенцией было покончено, но напряжение никуда не исчезло, наоборот. Воздух, которым дышала Инга, стал вдруг сухим и колючим. Он царапал горло, не давая ни вытолкнуть, ни проглотить застрявший комок.
"Сквозь туман, застеливший глаза, девушка увидела, как Аллард на секунду коснулся лбом пальцев принца, а потом, не оборачиваясь, отступил на пару шагов. Теперь он был рядом с ней. Так близко, что она почти ощутила тепло его тела.
— Идем. Его Высочество пожелали нам приятного вечера.