Здесь есть запас воды и пищи, все системы в полном порядке.
— Подожди! Ты что, собираешься бросить меня? Вот так просто? Посреди космоса?
От самой этой мысли ей стало плохо. Ноги ослабли, и Инга устало привалилась к вогнутой стене коридора, представлявшего собой круглый тоннель больше двух метров в диаметре.
Резко развернувшись, Аллард бросил на нее быстрый взгляд.
— Я должен. Это мой долг.
— А если тебя убьют?
— Постараюсь оттянуть этот момент. Но мой позор можно смыть только кровью.
Отступив, он нажал на рычаг, торчавший в стене, и то, что казалось девушке тупиком, превратилось в герметичную дверь.
— Заходи. Я обучу тебя азам управления.
Подчиняясь приказу, прозвучавшему в его голосе, Инга переступила порог.
— Так нельзя, — пробормотала, послушно рухнув в единственное кресло возле панели управления. — Ты сумасшедший! Канцлер…
Аллард не дал ей оговорить. Присев на корточки рядом с креслом, он накрыл ладонями ее руки, вцепившиеся в подлокотники кресла. И ее маленькие ладошки полностью утонули в его — широких и немного шершавых.
Эта женщина сводила его с ума. Она будила в нем чувства, которые заставляли его терять рассудок. Сейчас он сам не знал, чего ему хочется больше: схватить ее на руки, прижать к себе и целовать, пока она не запросит пощады, или хорошенько встряхнуть, чтобы она наконец-то услышала, что он ей говорит.
— Инга, — его голос упал на полтона, в нем проснулись хриплые нотки, говорившие о напряжении, — послушай меня сейчас очень внимательно.
Она подняла на него затуманенный взгляд.
— Умница. Я должен вернуться. Онезис ранен по моей вине. Он не может защищать Альфу, значит, это должен сделать я. Все наши распри ничто, когда на кону стоит жизнь станции. Она наш дом. Наш единственный дом, понимаешь? Разве ты не стала бы защищать свою планету, если бы на нее напали?
Инга молча кивнула.
— Вот видишь, — он осторожно погладил ее по руке. — Но я не оставлю тебя без защиты. Сейчас мы войдем в пояс астероидов.
— К-какой?
— Координаты. Как только автопилот «Кризалис» их получит, он сам поведет корабль. Тебе нужно только включить его.
И вроде все было правильно в его словах. Все было верно. Если бы не одно «но».
Инга высвободила руки, глядя, как меняется его лицо.
— Нет, — она медленно покачала головой, — ты не сделаешь этого. Не уйдешь. Я тебе не позволю.