Стриж, замолкнув на секунду, услышал этот знакомый звук, еще раз отчаянно крикнул и снова замолк, только постанывал через силу. Спешивший наверх человек до конца уверовал, что все сюрпризы исключены. Вот он шагнул за порог, взгляд его шарил где-то впереди, в глубине помещения. В полусогнутой руке завис длинноствольный пистолет с уродливым набалдашником глушителя. Уйти далеко Стриж ему не дал — коротко и резко ударил киллера в солнечное сплетение, отчего парень захрипел, выронил свою «пушку» и, согнувшись вдвое, стал падать на землю.
Стрелок потихоньку приходил в себя, начал тяжело дышать, попробовал освободиться. Хотя Анатолий и не видел его, но по комплекции, по толщине его рук понял, что перед ним не «качок».
— Не дергайся, понял?
Тот затих, чуть кивнул головой.
— Девчонку, что прошлой ночью Шварц убил, ты снимал?
Парень молчал, только тяжело дышал. Глаза Стрижа уже привыкли к полумраку, он видел кудрявые волосы, тонкий, с легкой горбинкой носа профиль лица.
— Говори, сучье племя, я знаю, что ты снимал. Где кассета?"
"— У Шварца дома, — не выдержав боли, почти выкрикнул Вадик.
Стриж ослабил тиски рук.
— За что ее Шварц убил?
— Она после обкатки начала кричать, что всех посадит, вытащила фотографию с папочкой. Шварц рассвирепел, ну и…
— Почему решили подставить меня? — задал следующий вопрос Стриж.
— Мы не думали, что ее опознают. Но у нее «пальчики» оказались в картотеке, там сейчас электронная система связи с Москвой, должен был приехать ее папаша.
Тут Стриж уловил на лестнице звук осторожных шагов. Кто-то двигался вверх, стараясь не шуметь. Но человек был тяжелый, грузный, лестница предательски звенела, от этого он старался идти еще тише, шумно, тяжело дышал. Наконец, он добрался до двери, прислушался. В комнате кто-то явно возился, словно постанывал.