Они спустились вниз, сели в машину Винтера. Через пять минут он вводил Василенко в ту самую комнату, где принимал Стрижа с Андреем. Следователь присвистнул, увидев собранное тут богатство.
— Слыхать слыхал, но не представлял, что это так вот… — он сделал неопределенный жест руками. Пока он, покачивая головой, разглядывал коллекцию, Винтер снял что-то с ковра, положил на стол, довольно хмыкнул и позвал следователя:
— Володя, иди посмотри.
Василенко подошел, глянул на стол и снова выразительно свистнул. Два ножа, лежавших на столе, отличались только тем, что один из них был в полиэтиленовом пакете.
— Ну вот, а теперь можешь записывать имя, — сказал Винтер следователю.
22
Ночью Стриж почти не спал. Долго ворочался в постели, прислушиваясь к могучему храпу друзей. Затем не выдержал, вышел на кухню, машинально поставил на газ чайник. Вскоре на кухне появилась заспанная, с всклокоченными волосами Ленка.
— Ты чего не спишь? Время четвертый час.
— Не спится.
— Переживаешь насчет этой своей проститутки?
Анатолий угрюмо покосился на жену.
— Ты как хочешь ее обзови, но она была неплохой женщиной, тем более матерью.
Ленка зашла со спины сидящего за столом Стрижа и, положив руки на плечи, спросила:
— У тебя ведь с ней что-то было?
— Почему ты так думаешь?
— Ну, а с чего бы иначе ты так переживал?
Стриж мысленно признался, что это именно так. Слишком явно он помнил плотное, страстное в любви тело Нади.
— Ну так что, ведь было? — продолжала допрашивать Ленка.
— Было-было, успокойся, — согласился Стриж.
Руки Ленки, в этот момент ворошившие волосы Стрижа, мгновенно сжались. Анатолий вскрикнул от боли, но сопротивляться не стал.
— Кобель, ты и есть кобель! Так тебе и надо, сиди вот, мучайся!
И она ушла, оставив его снова один на один со своей совестью. Впрочем, вскоре поднялся Андрей. Сел рядом, некоторое время сидел молча.
— Не ложился еще?
— Нет.
Они помолчали.
— Может, зря ты так переживаешь? Вдруг это случайность? Зашел грабитель, а она дома… — начал было Андрей.
— Ладно, Андрюха, брось меня утешать. Ленка верно сказала, так мне и надо. Зарекался ведь женщин не втягивать в свои дела, и вот… Надо было хотя бы домой съездить, да отсюда позвонить. Все равно это будет висеть на мне. Пошли спать.
Под утро Стриж все-таки придремал, но приснилась ему убитая женщина, только не Надя, а почему-то Ольга, там, на родине, в своем окровавленном халатике. Встал он, конечно, абсолютно разбитый, с тяжелой головой и в плохом настроении.